Когда Бендра вышел из последнего шлюза в переполненные шумом Общие Помещения, он поднял глаза и увидел более ста двадцати низкокровных, живущих в одной комнате, которые едят, спят, играют, испражняются в помещении площадью в двенадцать квадратных пядей. Он перешагнул через мать, дремавшую в окружении кучки извивающихся детенышей, и отправился на поиски своего собственного спального места.
Да, решил он, именно этого он и хотел бы. Пусть Ватша потеряет свое звание. Ему-то хуже от этого не станет.
Он будет наблюдать за странным объектом и надеяться.
— Тебе нужно что? — спросил Джаск. Он стоял рядом со спящим лейтенантом Орреном. На голове у него были наушники, и он разговаривал с настоящим Боло. От волнения он почти не мог говорить.
— Я запрашиваю транспортировку в ближайшую ремонтную мастерскую.
— Я не могу этого сделать. Приезжай сюда.
— Это невозможно.
— У тебя не работают гусеницы?
— Мои приводные системы, похоже, работают на восемьдесят один и целых семь десятых процента мощности, но я не могу самостоятельно передвигаться.
— Почему нет?
— Мои приводные системы неэффективны в текущих условиях.
— Значит, у тебя не работают гусеницы, — сказал Джаск. — Может быть, я мог бы приехать и починить тебя? Я умею чинить разные вещи. Когда моя боло, Бесси, сломала шнур питания...
— Вопрос: там есть еще один Боло?
— Бесси... Бесси - это... — Джаску пришлось сказать правду. Ведь он разговаривал с настоящим Боло.
— Пожалуйста, продолжайте.
— Бесси не такой настоящий Боло, как ты, — сказал Джаск, говоря все быстрее и быстрее. — Просто выдуманная. Видишь ли... Видишь ли, пришли кащерицы и все взорвали, и они... Моих мамы и папы нет, понимаешь?.. Это тяжело... Кащерицы все еще иногда появляются, и я боялся. Я прочитал о Боло в голокниге. Когда появились кащерицы, папа сказал, что Боло придут, чтобы спасти нас, но они так и не спасли моих папу и маму.
— Мои соболезнования в связи с вашей утратой. Я прошу описать этих "кащериц". Я не знаком с этим обозначением.
— Ты используешь много длинных слов, как папа и мама, — сказал Джаск. — Мне это нравится. Даже когда меня это сбивает с толку.
— Что означает слово "кащерица"?
— Это я придумал, — гордо сказал Джаск. — Видишь ли, они наполовину как канюки, наполовину как ящерицы, поэтому я назвал их кащерицами. Довольно умно, а? У них есть другое название, но его было трудно произносить, и я его забыл.
— Кездаи.
— Да, точно! Но я все равно буду называть их кащерицами, если ты не против.
— Впредь во время нашего общения я буду называть кездаев кащерицами.
— Спасибо.
— Каково состояние лейтенанта Оррена?
Джаск взглянул туда, где спал Оррен. Его лицо все еще было красным, и он стонал. — Он действительно очень болен, Зигги. Можно я буду называть тебя Зигги? Он называл тебя Зигги.
— Это допустимо.
— В любом случае, он сильно пострадал, много крови и все такое.
— За ним кто-нибудь ухаживает?
— Я очень хорошо о нем забочусь.
— Он должен находиться в надлежащем медицинском учреждении. У вас там есть медик?
— Я же говорил тебе, Зигги, здесь только я и Бесси. Мои родители могли бы что—нибудь придумать, но... Ну, ты знаешь, их больше нет... Так что, ты не приедешь?
— Я не могу самостоятельно добраться до вашего местоположения.
— Еще какие-нибудь Боло приедут?
— У меня нет связи с наземными силами Деласа. Я не знаю их статуса.
— Если бы они собирались приехать, они бы уже были здесь, — сказал Джаск. — Я так долго ждал. Я думал, что Боло придут. Но они не приходят. Я здесь совсем один, мистер Оррен вот-вот умрет, а ты не придешь. Ты даже не пытаешься. Ты вообще не Боло!
Джаск швырнул наушники обратно в спящего Оррена и выбежал на послеполуденное солнце.
