Транспортное средство, которым он управлял, было наземным автомобилем, работавшим на простых топливных ячейках, а, следовательно, небольшим и легким. Несколько гравимобилей, которые плыли по небу, были шаттлами транспортной администрации и городскими машинами скорой помощи. Немногие гравикары принадлежали частникам, поскольку город опасался неограниченных и неконтролируемых воздушных перевозок. Эмблема Делосских Защитных Сил указывала на то, что его машина принадлежала командованию обороны Деласа, и Реджинальд был очень осторожен за рулем. Он был чисто выбритым образцовым офицером, какими таких часто описывали в СМИ и в военных обзорах, и искренне гордился этим. На его высоком воротнике красовались драгоценные капитанские нашивки из цельной платины, стандартное украшение богатой металлами планеты Делас, и которые ярко выделялись на фоне его черной кожи и коротко подстриженных черных волос.
Если не считать нескольких коротких шквалов, сегодняшние штормы прошли к югу от Старвейла, мимо. День клонился к вечеру, а вдали все еще сверкали и грохотали мощные грозовые тучи. Оранжевое солнце Деласа время от времени пробивалось сквозь темные тучи, создавая радугу к востоку от них, где все еще шел небольшой дождь над океаном. Капитан Брукс был благодарен погоде, поскольку в солнечные дни на взлетно-посадочной полосе космопорта было невыносимо жарко. На Деласе люди любили дождь и не боялись промокнуть.
Тем не менее, лужа, в которую Реджинальд наступил, выходя из машины, промочила его носок, а он такое ненавидел.
Добрый день, капитан.
Брукс был удивлен внезапным появлением полковника Конкордата, появившегося из-за поворота. Там, должно быть, есть какой-то люк, предположил он.
Добрый день, полковник. Добро пожаловать на Делас.
Спасибо. Прошло уже пару лет с тех пор, как я был здесь в последний раз.
На соответствующем расстоянии полковник Ишида остановился и обменялся салютами с Бруксом, затем они пожали друг другу руки. Смуглая кожа и крупная ладонь Брукса контрастировали с маленькой белой рукой Томана.
Тогда я не буду утомлять вас подробностями планетарного брифинга, который мне было поручено провести для вас, сказал ему капитан Брукс. Генерал Рокоян был удивлен, что вы приземлились в Старвейле, а не в Аргусе. Он с нетерпением ждал возможности показать вам наш оборонный комплекс Блэкстоун.
Я здесь не для проведения инспекции, капитан, сказал Ишида с приятной улыбкой. Старвейл расположен ближе к экватору вашего мира. Было лучше разместить мои Боло именно здесь.
Реджинальд еще раз оглядел массивный корпус, возвышавшийся над ним.
Без сомнений, мы ценим вашу помощь, хотя я не уверен, что понимаю ее необходимость.
Возможно, нам стоит уйти с жары и поговорить.
онечно. Но разрешите спросить... Капитан указал высоко на черную башню Боло, где на серебристо-кроваво-красном щите была изображена темная фигура в черных одеждах, держащая в руках огненный молот. На вашей эмблеме изображен английский щит, обозначающий полковое воинское подразделение, но здесь только два Боло. Или я неправильно понимаю геральдику Конкордата?
Вы правы, сказал Томан, качая головой. Чейнз и Квотер - единственные, оставшиеся от полка. Ангелрат временно назначил их сюда, пока они не решат, стоит ли воссоздавать 39-й полк.
Осталось только двое? Как вы думаете, они справятся?
39-й полк был сформирован почти шестьсот лет назад из трех бригад Марк XIX. Они бились на полях сражений в шестнадцати межзвездных войнах и улаживали бесчисленные конфликты. Мы бы многое потеряли в истории, если бы разделили их сейчас.
Разве Марк-тридцатые не устарели?
Чейнз и Квотер, каждый из них имеет более чем двухсотшестидесятилетний боевой опыт, Они оба были модернизированы до XXX-х с XXVIII-х, около века назад. Разумнее всего снова модернизировать их и переформировать 39-й полк вокруг них.
Вместо того, чтобы услать их в богом забытый гарнизон на отдаленном аванпосте? Реджинальд дополнил мысль полковника.
Совершенно верно. без выражения согласился полковник.
Реджинальд усмехнулся и снова взглянул на знаки различия.
Что означает... что написано на латыни на знаках различия?
Это означает "Выстоим и будем судимы"[5], снова без выражения произнес полковник.
Правая бровь Реджинальда приподнялась, затем он кивнул и повернулся к своей машине.
