— Слава богу, — она перевела дыхание и села. — А её напарники?
— Назир в коме, а Павел, — Эми увидела, как скользнули желваки под смуглой кожей, — Павел Громов умер по дороге в больницу.
— Мне так жаль! — она сдержалась, лишь голос дрогнул: — Прости меня, Марко, пожалуйста.
— Тебе не за что извиняться.
— Но...
— Эми, — Марко коснулся её ладони и мышцы, натянутые как стальные тросы подвесного моста, немного расслабились: — Ты не виновата. И пожалуйста, — он поморщился, — не извиняйся больше за то, что какой-то маньяк хотел тебя убить.
Она кивнула.
— Вот и хорошо! — юноша подвинул тарелку с запеканкой и перевёл разговор. — Ешь, остывает же!
Марко не обвинял, не кричал и не тащил за решётку в тайный бункер «Сигмы», хотя было за что. В конце концов, это она выдвинула ультиматум в больнице и вынудила отпустить её на свободу, которая обернулась...
Хватит! Рефлексировать будешь ночью на кровати, уткнувшись в подушку. Соберись! Он хоть и не давит, но наверняка приехал не просто так.
— А тот человек в маске, он из «Отверженных»?
— Возможно.
Эми удивилась, но Марко, будто не замечая, продолжил:
— На месте нападения работает милиция. Мы вернёмся туда и восстановим события шаг за шагом, — парень взмахнул рукой, отметая протесты. — Я понимаю, что ты устала и напугана, но так надо.
— Конечно, как скажешь, — Эми подобрала с тарелки последние крошки. — Я и не думала возражать.
Когда они вышли в холл, Марко повернул не к двери на улицу, а двинулся к магазину в другом конце зала.
— Выбери чистую одежду, — приказал он, — старую положи в пакет. Позже отдадим криминалистам. Я жду на улице.
— Но у меня нет денег, — крикнула она ему в спину.
Марко обернулся и потёр лоб с таким видом, словно бога вопрошал: «И за что мне это?»
— В омарете всё бесплатно, — вспомнила Эми. — Извини, я быстро!
Планировкой склад напоминал дискаунтер мелких бытовых товаров. Ничего особенного, но Эми и не ожидала ассортимента как в гипермаркете. Хочешь большего — устраивайся на работу и зарабатывай статиры. Чтобы не тратить время, она выбрала такую же одежду, как и на ней, и уже через пятнадцать минут открыла дверцу автомобиля. Эми успела заметить фотографию девушки в военной форме, но Марко повёл ладонью, и на экране возникла карта города. Юноша вырулил на дорогу и влился в поток.
Ехали молча. Эми скосила глаза на лицо, перечёркнутое едва заметным шрамом, и почему-то вспомнила, как во время ссоры в больнице его исказила ярость, а ладонь, что небрежно крутила руль, сжалась в кулак, который чуть не проломил стену. Рядом с её виском. Эми непроизвольно поёжилась.
— Пугает возвращение на место покушения? — Марко заметил её нервозность, но истолковал по-своему.
— С тобой — нет.
Парень хмыкнул, но ничего не сказал.
— Марко, — спросила Эми только для того, чтобы развеять напряжение и завязать разговор, — с чего вдруг такая щедрость? Я имею в виду омарет? Всё для всех бесплатно...
— Не всё, а самая малость. Или тебе достаточно места для сна и тарелки с едой? Вот уж не думал, что ты настолько непритязательна, — он усмехнулся. — Разве не хочешь купить для семьи комфортабельный дом или квартиру? Не желаешь окружить себя удобными и полезными вещами? Не стремишься путешествовать и отдыхать на лучших курортах?
— Мой мир погубили как раз такие желания.
— Не вижу ничего дурного в том, чтобы честно работать, заниматься любимым делом и получать за это деньги. Твой мир погубила не жадность простых людей, а алчность и глупость вождей.
— Вождей избрали обычные люди. Нельзя перекладывать всю ответственность только на правительство. Виноваты мы сами... весь народ.
— Кто-то закован в цепи из железа. Ты, Эми, носишь цепи из слов. Демократия, право выбора, ответственность — вам оставили буквы, но заставили забыть первоначальный смысл. Власть народа подменили иллюзией. Даже в тебя хозяева внедрили чувство вины за чужие грехи.
— И поэтому сейчас Землёй правит инопланетная машина?
Марко вздохнул. Эми испугалась, что переступила невидимую черту, вновь усомнилась в идеалах, в которые тот искренне верил. И защищал ценою жизни. Но голос Марко оставался спокойным:
— Пирон лишь изредка консультирует правительство. Он редко использует право вето. Его больше интересует Омега, а не повседневная жизнь.
— Но «Сигма» призвана защищать Омегу от «Отверженных».
— Да.
— Значит «Сигма» служит Пирону?
— Да. Чёрт, нет! — Марко выкрутил руль, и автомобиль перестроился в другой ряд. — Мы служим людям, а Пирон... он скорее лидер, а не повелитель.
— Ага, значит...
— Эматалла, — перебил молодой офицер, — вы ищете второе дно там, где его нет. Вы спрашиваете: почему в омарете всё бесплатно? Потому, что Пирон научил — жизнь человека дороже минимальных удобств. Нас, людей и ортодоксов, катастрофически мало. Новые технологии возродили Землю, но не способны её заселить. Понимаете?! Человек важнее денег! Поэтому общество помогает тем, кто испытывает временные трудности или... не находит себя в этой жизни.
— А что если все захотят только отдыхать?
