Данил внимательно следил, за проходящими. Ну что-то всё-таки изменилось. Если раньше за проход, поисковики отдавали плату добровольно, ибо понимали, что охранники защищали город от нежити. То теперь проходящие торговались за каждую медяшку, да и вообще предпочитали расплачиваться хламом. А караванщик, что был главным в этой партии поисковиков, вообще на ломанном общем пытался разжалобить охранника, что бы пройти не уплатив. Охранник правда была не пробиваем, стояла на своём, требуя законной платы.
Данил ощупал свои карманы и подсумки, чем заплатить? Золотым колечком, или серебряной монетой? Так точно к себе внимание привлечёшь. Рука нащупала часы, снятые с нежити, вот самое то, не много не мало, для одиночного поисковика, и Данил не стал дожидаться когда грузный сторгуется за проход, а пошел к другому охраннику. Ещё и язык чуть исковеркал, чтоб не отличаться от толпы.
– Сегодня удачно находить.
Данил сунул в руки молчаливому парню часы, тот лишь посторонился, разрешая пройти.
В черте города изменения тоже были. Было грязно, воняло навозом, на площади стояли торговые палатки накрытые сверху различным материалом, от гофрированных железных листов, кончая брезентом. Данил всё это старательно обошёл по дуге к трактиру, но к своему удивлению обнаружил, что столовой тут нет. Дверь была закрыта, и похоже это было чьим то жильём.
Будто в подтверждение этому дверь открылась, и оттуда вышла весьма большая женщина с деревянным тазом полного стираного белья.
– Извините, а где здесь поесть можно… – И немного подумав Данил добавил – Купить.
Женщина будто больная истерией что то поругалась на непонятном языке.
– Еда! Кушать!
Данил изображал частые движение ложкой. При этом отмечая, что в городе какие то проблемы с коммуникацией, все встречные плохо говорили на общем. Женщина не переставая ругаться махнула в сторону площади и продолжила движение, довольно громко и непонятно ругаясь.
Проследив направление руки, данил хлопнул себя по лбу, ну как сам не догадался, на площади стоял шатер похожий на цирк шапито с поднятыми боковинами, на котором было написано «еда». Ну обычная уличная кафешка, на любой набережной.
Ещё подходя к ниму Данил понял что на верном пути, запах оттуда разносился такой, что живот сводило. Внутри было довольно уютно, хоть и не было выверенного стиля, как в прошлом трактире. Здесь все столы и стулья были разномастными. Это понятно, что нашли то и притащили. Вместо прилавка стояла большая чугунная печь-плита, на которой в казане с маслом жарились пирожки, внешне похожие на чебуреки. Позади же стояли две полевые кухни, в которых булькало варево. Хозяек заведения было двое. Одна женщина в годах сидела на стуле, и прям тут на каком то ящике вместо стола раскатывала тесто и лепила пирожки. Вторая же молодая кареглазая девушка стояла с большой вилкой, и переворачивала шкворчащие в масле пирожки, как только зарумянился один бок, или же складывала их на поднос если пирожок зарумянился полностью.
Не смотря на запах и красоту пирожков посетителей было мало. В очереди никто не стоял, лишь за двумя столиками сидело трое человек.
– Здравствуйте. Можно кушать, есть ..
Данил махал рукой подбирая как бы изобразить пантомимой мясо, но так и не придумав решил упростить себе задачу.
– Ну как тебе сказать то, пирожок.
Данил показал пальцем на поднос с пирожками, но девушка молча стояла и смотрела на него с покер фейсом. Видимо не поняла.
– Мне кушать, купить пирожок.
Данил вспомнил, полез за кошельком и достал серебряную монету протянул девушке, которая всё так же смотрела на него, не меня в лице.
– А нормально не можешь разговаривать?
Наконец то спросила она, на чистом общем языке. и не меняя лица выдернула у опешившего Данилы серебряную монету из рук.
Позади послышался хохот из трех глоток, что сидели за столами. Только после этого Данил смог двигаться, и ощутил конфуз, не зная что сказать, и куда деть руку, которую до сих пор протягивал.
– Тебе сколько, и с чем?
Ни грамма не улыбаясь спросила девушка.
– С мясом!
Позади вновь послышались смешки.
– С мясом нет. Рыба или картошка? ...Сколько?
Девушка продолжала смотреть ни мигая и не улыбаясь.
– На все.
– Столько нет.
– Тогда я эти заберу, а сдачу оставь себе.
Данил сгреб пятнадцать довольно больших пирожков, что были на подносе, при этом обретая уверенность. Но обжёгся и тут же уронил уверенность и пирожки обратно.
– С собой?
– Нет.
Девушка аккуратно разложила пирожки на маленький поднос и подала ему, при этом взяв из ряда уже налитых кружек с компотом одну и поставила рядом с тарелкой.
Вот теперь Данил спокойно взяв поднос и кружку уселся за стол, и предался наслаждению. Ну да, картошка настолько приелась, особенно тушёная, что он даже подумать не мог, что эта картошка хоть в каком нибудь блюде будет его так радовать. Но нет начинка была бесподобна. Картофельное пюре, с жареным луком. Вроде бы тоже самое что и везде, но вот вкус совершенно отличается, не то замешана на молоке, не то масло не скупясь добавили, не то соли грамотно добавили, но в купе с тонким, воздушным тестом было очень вкусно.
