StarCraft: Эволюция полностью

Ионные пушки протоссов предназначались для ведения воздушных боевых действий, и это был первый раз, когда Круикшанк увидел их в действии на земле.

Такое он вряд ли когда-нибудь забудет. Направленный пучок отрицательных ионов прошел через проход, где секундами раньше стояли протоссы, сжигая траву, разрывая воздух и посылая статические разряды через «Голиафов», головорезов и морпехов, стоящих в сотне метров.

А мчавшиеся через центр зерги просто исчезли.

Это было одно из самых потрясающих зрелищ, что когда-либо видел Круикшанк. Гидралиски не разрывались на части, как если бы в них бросили гранату, и не взрывались фонтанами крови, как после очереди из винтовки Гаусса. Они просто распались на молекулы. Их панцири отшелушивались, их когти, клыки и морды превращались в прах и развеивались по ветру. Они умирали аккуратно, один за другим, и прах переднего осыпал идущего позади, который затем тоже рассыпался прахом. Пучок прошел через первые четыре ряда, прежде чем исчез, и Круикшанк на мгновение задумался, отступят ли зерги или, по крайней мере, попытаются ли разойтись в стороны.

Этого не произошло. Но у них и не оставалось времени для таких действий. Только первый ионный пучок исчез, как «Голиаф-Пять» выстрелил во второй раз, заставив три последних ряда исчезнуть.

Этот выстрел был последним. Аликка предупредил, что повреждения феникса нарушили энергетическую систему, и это ограничило мощность конденсаторов.

Но так как гидралиски плотно сгруппировались, Круикшанк посчитал, что двух выстрелов будет достаточно. Пока выжившие зерги были ошеломлены воздействием статического разряда, морпехи и «Голиафы» открыли огонь с земли, а головорезы сверху обрушили дождь из металла, летящего со сверхзвуковой скоростью. С добежавшими до фронтовой линии зергами быстро расправились протоссы.

И в итоге союзники удержали поле.

«Псионная атака слабеет, – анонсировал Аликка в создавшейся тишине. В его голосе слышалось облегчение. – Полагаю, псиолиски ретируются».

– Хотите, чтобы мы погнались за ними, полковник? – спросил «Голиаф-Один».

Круикшанк обвел взглядом лес и не увидел зергов. Соблазнительная мысль…

Но там могло прятаться черт знает что. И хотя «Голиафы» могли маневрировать в узких пространствах, даже у них были свои пределы.

– Отставить, – приказал он. – Морпехи, отойдите и перегруппируйтесь. «Голиафы», следите, чтобы враг не подкинул нам сюрпризы. Головорезы, с воздуха регистрируйте любые движения. Аликка, что с твоими?

«Они в порядке, – сказал Аликка. – Но первое время мы не могли сосредоточиться. Сражение имело бы плачевный исход».

– Даже пилоты фениксов? – спросил Круикшанк. Он не понимал почему, но он хотел, чтобы командир протоссов сказал это вслух.

К его удивлению, это Аликка и сделал.

«Даже пилоты фениксов. Особенно они. Ты оказался прав: прицеливание и активацию ионных пушек было бы разумно доверить террану».

К еще большему удивлению полковника, признание Аликки не вызвало в нем ожидаемого чувства удовлетворения. Неужели он стал слишком стар?

Нет. Он просто устал, вот и всё.

– Я рад, что план сработал, – ответил он.

На рации замигала желтая лампочка, и полковник щелкнул переключателем.

– Круикшанк слушает.

– Это Хорнер, – раздался голос адмирала. – Какова ситуация?

– Мы удержали поле, сэр, – ответил Круикшанк. – Победа за нами.

– Примите мои поздравления. Но день еще не окончен. Вы способны передвигаться?

– Четыре «Голиафа» и «Боевой пес» находятся в адекватном состоянии.

– Есть ли возможность отремонтировать и освободить корабли?

– Нет, сэр, только не на земле, – ответил Круикшанк. – Поля искривления все еще не работают, – он помрачнел, внезапно осознав, к чему клонил Хорнер. – Отряд Холкмана?

– Да, – подтвердил адмирал. – Блокада из деревьев обрушилась: Абатур бросил на нее пожирателя, и теперь рядом с точкой собираются зерги.

– Сколько у нас времени?

– Наверное, не больше нескольких минут.

Круикшанк выругался. Они находились в пятнадцати километрах, а между ними и третьей точкой была труднопроходимая местность. Солдат в силовой броне преодолел бы такое расстояние с легкостью, но все его морпехи и головорезы пребывали не в лучшем состоянии.

– Прошу прощения, адмирал, – произнес он. – Но мои силы просто не смогут добраться туда вовремя.

– Понимаю, – тяжело сказал Хорнер. – Как и мы.

На другой стороне поля Аликка проверял своих людей. Круикшанк засмотрелся на него…

– Мои парни не доберутся вовремя, – повторил он. – Но, возможно, есть другой выход…

На некоторое время воцарилась тишина. Одно это уже было удивительно: Эрин ожидала хотя бы обычной ругани. Но Вист с Диззом молчали.

Наверное, существовали ситуации, которые невозможно было описать даже словарным запасом морпеха и головореза. Эта мысль пугала.

– Что мы будем делать? – спросила она.