Дальше ничего объяснять было не нужно. Люди из личной охраны Исмаила выскочили вслед за мальчишкой. Ожидание Исмаила продлилось недолго. Дверь в воротах ангара распахнулась.
Семь человек несли на руках трупы Юнуса и двоих его сопровождавших. Частые шаги и взволнованные гортанные голоса сливались с общим ночным звуковым фоном накопителя. Хлопнула дверь ангара – скорбная процессия прошла внутрь.
Исмаил встретил группу у входа. Три мертвых тела дорогих ему людей бойцы положили на заботливо расстеленный ковер. Исмаилу не понравились обильные следы крови и распоротая одежда убитых. Его опасения подтвердились. Соплеменники были оскоплены, а гениталии засунуты каждому в рот. В свое время Исмаил называл такое изуверство «прощальным приветом».
Исмаил был шокирован. Кровь ударила ему в голову, но он быстро взял себя в руки.
Первую бурю эмоций ему удалось сбить кое-как. Он просто стал перед дверью и никого не выпустил. Верные ему люди подняли оружие, готовые по первому его приказу открыть огонь.
Исмаил не мог оставить смерть Юнуса безнаказанной. Они хотели войны – они ее получат. В этом он был согласен с остальными. Но в отличие от большинства он сохранил трезвый ум. Исмаил подавил приступ бешенства. Он понимал, что вряд ли федералы будут так подло убивать его братьев и трусливо подкидывать трупы к их дверям. Кто-то пытается спровоцировать конфликт, натравив дагестанцев на руководство накопителя. Только кто? В накопителе он не видел настоящей силы, которая могла им противостоять. Даже попадавшие в накопитель небольшие группки из других банд и группировок были разрознены и дезориентированы. Исмаил не рассматривал их как угрозу. Если не федералы и не конкуренты, тогда кто?
Еще следовало понять, зачем их стравливают. Конфликт дагестанцам был не нужен. Молодняк и так натворил дел, обобрав гостеприимного хозяина. Тупые идиоты. А что они теперь будут делать, если подойдут регулярные части с броней? У него за плечами полно женщин и детей, а также есть раненые, и за всех этих людей он отвечает. Вся прошлая жизнь научила его осторожности.
Он собрал вокруг себя свою бригаду.
В это время от ворот накопителя в сторону шоссе шел полупустой автобус в сопровождении БРДМ. Буквально перед самым поворотом сбоку от броневика грохнули взрывы, и одновременно пулей, пробившей лобовое стекло, был убит водитель автобуса. Автобус резко скакнул вперед и воткнулся в затормозивший «бардак». По окнам замершего автобуса полоснули очереди. Маленький броневик развернул башню и ударил наугад очередью из КПВТ.
В автобусе везли рабочих, которые должны были срочно отремонтировать и запустить генератор в ближайшем эвакопункте. Из автобуса стали выскакивать люди. Стрельба продолжалась.
Взрывы и стрельбу, разумеется, услышали в накопителе. Затем пришло сообщение от экипажа БРДМ о нападении на колонну. Гнусно взвизгнул сигнал тревоги. Сразу подняли всех силовиков накопителя. Выбрасывая из-под гусениц комья весенней подмерзшей грязи в сторону боестолкновения, во весь опор неслась старенькая бээмпэшка.
Непонятный бой закончился так же внезапно, как и начался. Нападавшие исчезли, как будто их и не было.
Нечаев подъехал в считаные минуты. Солодов и Морохин были уже на месте боестолкновения. Начальнику накопителя доложили, что убит водитель и пострадало несколько человек, но ранения были не пулевыми. Большинство поранилось об осколки стекла, и один человек подвернул ногу, когда выпрыгивал из автобуса. Автобус был на ходу, но подлежал серьезному ремонту.
Поначалу попытались разобраться, кто стрелял и откуда. Но следов вокруг было невообразимое множество. Все асфальтовое покрытие дороги было щедро удобрено маслянистым слоем жирной холодной грязи, перемешанной колесами машин и ногами людей. Асфальта уже не было видно. По обочинам дороги колеса грузовой и военной техники перемололи грязь, щебенку и остатки прошлогодней травы. Прожекторы и фары-искатели бесполезно рыскали по окружающему пространству.
– Чем порадуете, господа из внутренних и внешних органов? – с недовольной интонацией поприветствовал Нечаев капитана и подполковника.
Солодов и Морохин пропустили едкое замечание мимо ушей.
– На колонну из двух машин напали неизвестные. Кто, зачем и сколько их было – непонятно, – коротко объяснил ситуацию Морохин.
– Товарищ подполковник, я полагаю, вам нужно вытащить сюда вашего Иваницкого с бригадой его опричников. Они, я думаю, быстро разберутся – и кто напал, и сколько, и зачем. Если они в состоянии еще на ногах держаться, – продолжил Нечаев.
– Так никого же не поймали! Как он будет разбираться? Не с кем ведь разбираться! – ответил Морохин вместо подполковника.
Подполковник зло блеснул глазами. Капитан не только нарушил субординацию, но и бросил камень в огород Солодова, намекнув на методы, используемые Иваницким для добывания информации.
Иваницкий не заставил себя долго ждать.
Из рации в руках Солодова раздался позывной группы следователей:
– Леший вызывает гнездо. Гнездо, прием.
– Слышу вас, Леший, доложите обстановку.
