— Я сейчас говорю совсем не про человека, — я впервые чувствовал, как пламя йокая горит во мне все сильнее. Интересно, почему? Неужели многие монстры были столь ненавистны этому классу, что он позволял чувствовать
— Что ты такое? — Сингэ Думрэ сощурил черные птичьи глазки.
— Я — Лис.
Гиперзвуковой Пронзатель налетает на подставленный плашмя клинок, я бью пяткой в выгнутое колено Сингэ. Монстр визжит, отступает назад и закрывается крылом: удар кинжала и метательного крюка эффекта не приносят, его крылья будто из стали. Он взмахивает ими и меня отбрасывает вверх, он уже готовиться прыгнуть за мной и добить в воздухе, где у меня нет возможности уворачиваться. Шаг сквозь Пустоту — и я оказываюсь за спиной Сингэ, а лезвие моего клинка вонзается в ногу монстра. За эту атаку он заставляет меня заплатить — на разровороте пущенный по низкой дуге клинок сносит начисто левое плечо, моя рука не отлетает в сторону только потому, что я успеваю вовремя перехватить рану своей цепью и отступить. Сингэ не собирается давать мне шанса на восстановление — он наступает с удвоенной прытью, комбинируя удары мечом и крыльями. К счастью, рана на его ноге чертовски глубокая, он часто оступается и не может нагнать меня. Мы «вальсируем» пару секунд до того, как я вызываю Двойника и он набрасывается на птицу-переростка со спины. Его атака несбалансированная и медленная, Сингэ без труда сносит голову моей копии еще до того, как тот успевает приблизиться к крылатому воителю.
Черт, черт, черт.
Оказывается двойник принимает ту же форму, в которой нахожусь я на момент призыва — то есть с отрубленным плечом, изнеможденный и слабый. Как-то этот момент я не учел за все время использования навыка. Я активирую Лисье Чутье, вижу медленно летящий ко мне церемониальный клинок и крылья, готовые в следующее мгновение ударить меня по ногам. Мой план прост — необходимо избежать попадания и выпить эликсира, да выбрать состав посильнее, чтобы наверняка восстановилось плечо. Что мне следует для этого сделать? Конечно же увернуться с максимально возможной грацией!
Я прыгаю вверх. Для зрителей это движение — полнейший абсурд. Выглядит так, будто я просто несусь сломя голову на приближающийся клинок Сингэ. Для меня все иначе: каждое мгновение я корректирую прыжок, активируя раз за разом Чутье. Отталкиваюсь с помощью пущенного крюка, который отталкивается от приближающихся крыльев и закручиваясь вокруг собственной оси, превращаясь в снаряд, летящий строго вверх, разминаясь с лезвием церемониального клинка на каких-то пару сантиметров. Я успеваю выхватить бутылек с мощным зельем и сунуть его сквозь «морду» маски Кицунэ. Рука заживает, очки здоровья восстанавливаются, а я вытягиваю колено и со всего разгона заезжаю прямо в крючковатый клюв знаменитого Сингэ Думрэ!
Жуткий треск и я даже не могу понять, что хрустит — клюв Сингэ или мое колено. Кручусь прямо в воздухе и с разворота бью второй ногой куда-то в висок птицы. Одно из крыльев сбивает меня вниз, но я успеваю метнуть свой кинжал с помощью Контроля, целясь куда-то в голову.
— Мерзость! — кряхтит Сингэ, поворачиваясь, чтобы добить меня.
Его клинок врезается в землю в паре сантиметров от меня, я заставляю метательный крюк обернуться вокруг руки и бью кулаком в раненную ногу птице-воина. Оглушающий рев — лучший сигнал того, что атака подействовала. Значит, нельзя останавливаться. Я бью еще и еще, пока пальцы левой руки не немеют настолько, что я перестаю их чувствовать. Тогда я бросаю крюк в упор, прямо в окровавленную ногу, а цепь заставляю плотно обернуться вокруг конечности. Выскальзываю из-под оступившегося Сингэ и забрасываю цепь на крылья. Опьяненный яростью монстр не замечает моего маневра: все это время он лупил клинком землю перед собой, надеясь достать меня, но ему не удалось.
— Эй, попугай, устал уже? — кричу я, что есть сил.
Сингэ резко разворачивается — мой кинжал плотно засел у него в шеи. Он ревет и бросается на меня, я уворачиваюсь от удара мечом, а следом, как обычно, идет мощная серия взмахов крыльями. Монстр так и не успевает ничего понять. Он бьет крыльями и чувствует, как что-то хрустит и рвется внутри. Его нога сломана, почти вырвана из тела, держится на одном характере. Монстр шумно заваливается набок. Меч выпадает из рук и он встает на руки, только чтобы не упасть.
Сейчас!
Двойник возникает рядом со мной и тут же падает навзничь. Что за фигня? Я обалдело пялюсь на его спину и вижу, как она изрублена глубокими ранами. Ох. Получается, он не промахнулся? Но, почему я все еще жив? Почему, несмотря на исчезновение Двойника, я безумно кричу и бегу вперед, хватаюсь за кинжал и начинаю кромсать птичью башку Сингэ Думрэ?