Я вспомнила родительскую ссору, состоявшуюся примерно полтора года назад. Это было летом, после ужина. Мы с Тайлером сидели перед телевизором. Срочные новости о войне прервали текущую программу. Ведущий сказал, что худшие опасения оправдались, и что теперь, при участии головок спор, война перешла на новый уровень. Пока он добавлял, что битвы сейчас сконцентрировались на северо-западе, я побежала к родителям на кухню, чтобы проинформировать их об этом, но они, похоже, уже обо всем знали. Я услышала, как они ругались, и остановилась пред полуоткрытой дверью. Моя мама стояла у раковины, держа в руках полотенце.
— Почему ты не можешь приобрести его для нас? У тебя же есть контакты в правительстве.
Мой папа провел рукой по волосам.
— Ты знаешь, почему.
— Нам это нужно, Рэй. Мы должны это сделать для нашей семьи. Для наших детей. Ты считаешь это правильным, оставлять их бездомными? Безо всякой защиты? Приговорить их к голоду, к смерти или чему-то еще, похуже?
С каждым вопросом она тыкала его пальцем в грудь. Слезы злости стояли в ее глазах. Мой папа схватил ее за плечи и обнял, чтобы ее успокоить. Она прижалась к нему и положила свою голову ему на плечо. В этот момент они меня заметили в дверях. Мама смотрела на меня глазами, полными страха. Я пыталась выкинуть из мыслей картинку ее выражения лица, выражающего безысходность.
Пара Эндерсов, которые только что спорили рядом со мной, вместе покидали парк. Где же Блейк? Я увидела его, сидящего на бетонной столешнице стола для пикников. Подойдя к нему, я села рядом. На нем были солнцезащитные очки, действующие как барьер между нами.
— Чего тебе? — спросил он ледяным голосом.
— Ты был у моего друга?
— Нет, — сказал он возмущенно. — Ты же мне запретила.
Мне стало холодно.
— Действительно?
— Мы должны это вспоминать? Ты же все-таки помнишь свои слова.
— Как раз таки нет. Пожалуйста, скажи мне, что именно я сказала.
Он вытащил руки из карманов и посмотрел на меня, как на сумасшедшую.
— Ты сказала, чтобы я оставил тебя в покое. Что ты больше не хочешь меня видеть.
Я вздохнула. Это сказала Хелена.
— Мне так жаль, — я дотронулась до его теплой руки. — Это было недоразумение.
— Я думал... Думал, что наше свидание тебе понравилось, — его глаза не могли скрыть, что он был задет. Он проигнорировал мое прикосновение.
— Это был прекрасный день, — при этих словах мое сердце сжалось. — Один из самых лучших в моей жизни.
Он почесал свой затылок, поглядел на Эндерсов, качающихся на качелях и сморщил лоб.
— Почему тогда...?
— Я была не в себе, — открыв сумку, я достала оттуда пачку денег. — У каждого есть день, который он с удовольствием хотел бы забыть, — я протянула ему деньги. — Ты мне дашь второй шанс?
Он помедлил.
— Я должен передать эти деньги твоему другу? Не хочешь сама это сделать, или проводить меня?
— Я бы с удовольствием это сделала сама. Но это невозможно, — я попуталась вложить ему пачку в руки. — Пожалуйста, Блейк!
Он взял деньги и скрутил их в своей руке. В конце концов, он посмотрел мне в глаза.
— У каждого бывает плохой день.
Я вспомнила о рисунке Майкла. Ее не было в кошельке.
— Ты помнишь листок бумаги, что я тебе дала?
— Ты имеешь ввиду вот этот? — он достал его из кармана. Он был сложен, и я надеялась, что Блейк туда не заглядывал. Я не хотела, чтобы он начал задавать вопросы.
— Да. Отдай это ему, пожалуйста, — сказала я. Он засунул обратно бумажку.
— У твоего друга талант.
Я попыталась всеми силами сохранить спокойное выражение лица. В его словах слушался некий оттенок ревности. И я должна была признаться, что мне это нравилось.
Тронувшись, я развернулась так резко, что зеленый инопланетянин на зеркале заднего вида запрыгал. Пока он постепенно успокаивался, я думала о своих возможностях. Если бы я так не нуждалась в деньгах, то я, вероятнее всего, забила бы на все. Но это не было так просто. Все-таки мне имплантировали этот долбанный чип. И если бы я вернулась обратно в Прайм, то кому бы они скорее поверили бы? Мне или богатой клиентке? Я уже представляла, как буду замешана в ссору, которая закончится для меня приютом. С другой стороны, жизнь на улице научила меня каждый день пробиваться. И точно так же я сейчас и поступлю.
