— Их два. Первое — Иркутский завод с шумом и криком переводить на производство И-14 Тип 2: они тысяч в семьсот уложатся, даже если в них катапульты ставить. Сейчас эта машина все равно любого конкурента обходит… но И-16 все равно нужно будет выпускать по-прежнему. Чтобы было на чем летчиков обучать раз, и два — чтобы демонстрировать буржуям, что мы все же упор делаем на дендрофекальные конструкции. То есть что нет у нас сил и средства много современных самолетов делать. В любом случае И-14 мы сможем изготавливать больше трех сотен в год лет так… года через три, не раньше. А если к нему привлечь внимание иностранцев, то те же немцы напрягутся — и сделают самолет получше.
— Полностью согласен, — заметил Берия, — тем более, что от японцев наверняка что-то уже до немцев просочилось по самолетам. А тому же товарищу Мао и И-16 покажется супероружием. Японцы, конечно, тоже что-то сделать очень постараются — но лет несколько у нас в запасе есть, а когда Мао победит Чан Кайши…
— Это будет очень непросто, американцы Гоминьдан сильно поддерживают.
— Старуха сказала, что победит, при нашей помощи, конечно. Но помощь тоже денег стоит — а Мао десяток «ишачков» принесут больше пользы, чем один «сухой». Ну а мы пока в основном сосредоточимся на продуктах: от нас помощь потребуется и Мао, и Чойбалсану.
— Мы сосредоточимся, — ответил Иосиф Виссарионович. — А ты сосредоточишься на войсках КГБ. Сто двадцать тысяч японцев разгромила первая дивизия, сколько там у тебя народу было? Тысяч десять?
— Двенадцать, даже чуть больше.
— Но двух дивизий даже таких войск на страну мало. В войсках КГБ всего, получается, двадцать пять тысяч…
— И еще почти сотня тысяч пограничников… но да, их отдельно считать нужно.
— Считай как хочешь, но в тридцать восьмом году в войсках КГБ должно быть не менее полумиллиона бойцов. Подготовленных и, как сказал товарищ Ворошилов, хорошо экипированных. С экипировкой тебе вон Валентин поможет…
— Старуха поможет, — ответил Тихонов.
— Поможет товарищ Тихонов, даже если Старуха в декрет через полгода уйдет и пять лет из декретов выходить не станет. А ты, Лаврентий, займешься их подготовкой. Не исключается нападение на СССР сразу нескольких держав — а мы проиграть такую войну права не имеем.
— И не проиграем. Кто Куйбышеву про передел бюджета скажет?
— А вот это мы как раз на Старуху и возложим, — рассмеялся Иосиф Виссарионович. — А то что она только к нам со своими обоснованиями-то лезет, пусть ее неотразимое обаяние и Валериан на себе почувствует, ему это лишь на пользу будет…
В конце июля заработал на полную мощность новый металлургический завод у станции Известковая и выдал первую сталь завод возле Большого Камня — и общая мощность сталеплавильных заводов страны достигла двадцати двух миллионов тонн в год. Из которых шесть миллионов обеспечивали «заводы нового типа», то есть выплавляющие металл с использованием прямого восстановления железа. Вера подумала (хотя уверенности у нее все же в этом не было), что раньше — то есть «в первой жизни» — объемы производства черного металла сильно ограничивались мощностями по добыче и переработке коксующегося угля, а теперь любой, даже самый паршивый бурый уголь для металлургии вполне годился.
Еще на существенный рост мощностей металлургии оказало то, что стали использоваться «абсолютно бесперспективные» и «экономически не оправданные» месторождения железной руды. Которые и на самом деле были не очень перспективными, да и добывать руду на них было дороговато — однако теперь из этой «дорогой» руды железо получалось практически на месте добычи, а экономия на ее перевозке почти полностью компенсировала «лишние» затраты на добычу. Еще какая-то копеечка экономилась на перевозке к местам потребления уже готового металла — так что особого убытка страна не получала. А получала…
Новые «маленькие» металлургические заводы (с объемами производства от сотни до трех сотен тысяч тонн стали в год) в основном производили арматуру для железобетона и «строительные» профили — что очень сильно помогало строить всякого быстро и много. В том числе и самих таких «металлургических негигантов»: усилиями товарища Тевосяна их к концу лета в стране появилось уже тридцать две штуки. Но чтобы они не просто появились, но еще и заработали, потребовалось выстроить тридцать две электростанции — ведь сталь-то там варилась в электропечах. А чтобы заработали электростанции, нужны были котлы, турбины, генераторы — и очень много других мелочей, о которых люди обычно забывают из-за «малозначимости» подобных вещей. Большинство людей забывает — но руководители страны и о «мелочах» постоянно помнили, и даже уделяли им внимание побольше, чем «главным машинам». Так, например, главный инженер Рязанского стекольного завода получил орден Ленина за то, что наладил на своем заводе выпуск стеклянных высоковольтных изоляторов.
