— Поэтому тебе и премия… такая маленькая, — рассмеялась Вера. — Всего двадцать тысяч.
— Но там на книжке больше!
— Ну да, проценты набежали за два с лишним месяца… ты государству деньги же не забесплатно доверила?
— Ужас! А с них еще и взносы комсомольские… а я не просрочила? Ведь премия-то в июне была…
— Премия от ВСНХ на то и премия, что с нее все налоги и взносы правительство уже заплатило. Но так как премия выдана по закрытой тематике…
— Какой?
— Это значит по секретной, то и сама она секретная, поэтому в билете комсомольском такую сумму взносов отмечать тоже нельзя. Так что не дергайся, а лучше подумай, на что ты эту премию проматывать будешь.
— Я… я лучше деньги сберегу. Неизвестно, какую работу найти получится… и если замуж выйду, дети пойдут, работать сколько-то не смогу…
— Глупости говоришь. Есть мнение очень серьезных товарищей, что раз сейчас стройками новых фабрик и заводов занялись как раз выпускники институтов из рабфаковцев и партназначенцев, в экономике вообще ничего не смыслящие, то эта экономика пойдет в разнос и цены как на дрожжах взлетят. Уже ведь взлетают! Ты вот машину хотела…
— Это я просто так… хотя да, хотела, но вообще.
— Так вот, еще неделю во Внешпосылторге такая же, как я купила, будет стоить в пределах двух с половиной тысяч. А уже в октябре, даже в конце сентября — больше четырех! Так что мы завтра… нет, завтра не получится, послезавтра едем вместе и тебе машину покупаем. И еще кучу всего покупаем: одежду, обувь, мебель всякую…
— У меня все это складывать некуда будет.
— Не страшно, ко мне положишь, у меня есть куда. А насчет денег — я же сказала, что ты к источнику припадаешь. Не глотнула и убежала, а именно припала. Сейчас будет новая работенка и за нее будет новая премия. Наверное, даже не одна, как и работенок — так что больше тебе о деньгах не нужно будет волноваться.
— Да? Спасибо, Вера, я помню, ты говорила… А что делать-то нужно будет?
— Для начала ты мне синтезируешь триэтилалюминий. Отрава та еще, но с металлогадостями ты работать хорошо умеешь.
— Умею… и я даже знаю как этот алюминий сделать! Как раз в субботу… Вер, это ты мне на стол журнал тот положила?
— Угадай с трех раз. Ладно, мы, похоже, по времени уложились, хотя на семинар я все же опоздала. Зато опоздала с разрешения, так что нестрашно. Ну что, машина-то нравится? Пошли уже, будущая автохомичка, работа сама себя не сделает.
А у Веры снова в голове пронеслась мысль, которая была ей воспринята на этот раз без малейшего удивления: «Ну что, начинаем поляну засеивать?». А чем именно — Вера уже давно знала…
Месяц прошел в довольно напряженной работе — и в не менее напряженной учебе. Поэтому домой Вера приходила уже только поспать, да и то выспаться у неё не каждый день получалось. Однако обещания нужно выполнять — и вовсе даже не потому, что обещание она дала самому председателю ВСНХ. Впрочем, именно потому: если этот самый председатель поверит, что девочка обещания свои «всегда выполняет», то можно у него будет просить куда как больше всего полезного. Причем просить даже не «выделить деньги», а «часть заработанного использовать для увеличения производства» — а это, понятное дело, выглядит куда как более «солидно» и аргументировано.
Наличие автомобиля очень существенно увеличило возможности именно «напряженно поработать»: довольно многое кое-что Вера ни в коем случае не собиралась делать в центре Москвы — а в не самом ближнем пригороде, каким было Лианозово, Вера считала вполне допустимым и «рискнуть». А именно рисковать ей приходилось — просто потому, что все было вовсе не так прекрасно, как могло показаться на первый взгляд…
Восьмого сентября ей удалось, наконец, добраться до привезенной в университет «посылки» с титановыми белилами. Два деревянных ящика, в каждом лежали по пятьдесят симпатичных картонных пеналов с красивыми надписями «titan hvit kunstnerisk» — и при виде этой надписи Веру охватило нехорошее предчувствие. Саша, присутствующая при распаковке, заметила резкое изменение выражения лица Веры и не удержалась от вопроса:
— Что-то не так?
— Норвежские… — злобно пробормотала Вера Андреевна и открыла один из пеналов, — так я и знала! Ну ничего, справимся… Саша, у меня к тебе будет неожиданная, но очень срочная просьба: мне еще вчера нужно грамм пятьдесят химически чистого железа.
— А где его взять?
— Сделать, через пентакарбонил этого железа. Но действительно срочно.
— Это несложно, но зачем?
Вера повернула к ней открытый пенал, в котором находился светло-бежевый порошок:
— Как думаешь, это похоже на белила?
— Я бы не сказала. Что, норвежцы не то прислали?
— Это снабженцы наши не то купили.
— Но, я слышала, они говорили что норвежские белила чуть ли не впятеро дешевле шведских…
— Ну да, дешевле. Норвежцы не умеют или не хотят очищать белила от ржавчины, ну да ладно, сама очищу, хотя это и противно.
— А зачем тогда тебе чистое железо? Ты же краску от него очищать собираешься.
