Утром Ася сварила овсяную кашу на половинном молоке. Поела с аппетитом, с хорошим настроением, с кусочком черного хлеба. Когда она по утрам овсяную кашу ест – у неё всегда настроение хорошее. Тем более что у неё на балконе новая кофта висит, которую она вчера выстирала. На столе горячая чашечка свежего кофе, маслице на блюдечке, рядом французская булка. Всё хорошо. Вот сейчас она покушает и пойдет на балкон кофту снимать.
И когда Ася зашла на балкон она ничего плохого не заметила. Только в первый момент ей показалось, что новая кофта стала немного больше, чем была. Сама кофта не так чтобы сильно увеличилась, а рукава как будто удлинились. Или это ей так только показалось, потому что она ещё не проснулась до конца. Не привыкла к яркому свету. Вот сейчас оденет её, к зеркалу подойдет – и тогда всё увидит.
Ася натянула через голову кофту, вдела руки в рукава и… тут сразу почувствовала неладное. Левая ладонь не вышла на улицу как положено, а затерялась где-то в самом конце рукава. Правая – тоже. Ася посмотрела на себя в старое темное зеркало на стене и от удивления ахнула. Новая кофта за ночь вытянулась на два размера. Вчера ещё она была ей впору, а сейчас стала велика. На туловище это было несильно заметно, а рукава сразу бросались в глаза.
Ну надо же, а! Новая кофта салатного цвета с синими цветочками, ни разу ненадеванная – уже велика. Вот беда-то! Куда теперь с ней, с этой кофтой? На базаре ведь чеков не дают… Куда? А денег-то сколько потрачено зря. Ах, сколько денег потрачено! Ужас!
Надо Софье звонить. Это она во всем виновата. Посоветовала ей купить эту кофту дрянную. Может она без Софьи эту кофту салатную с синими цветочками не купила бы. Ходила бы ещё по базару да ходила, искала бы хороший товар да искала. Может и нашла бы подходящую. А эта старая дура пристала к ней: бери да бери, бери да бери. Вот она и взяла. А чего взяла – сама не знает.
Взволнованная Ася подошла к телефону, быстро набрала номер Софьи Михайловны.
– Ало! – откликнулась Софья.
– Ало. Ты спишь, что ли? – спросила Ася.
– Встала, – спокойно ответила Софья.
– А я не сплю, – продолжила Ася. – Научила меня купить салатную кофту. А я тебя послушала. Эту не бери, ту не бери. Эта старит, та молодит. Никого больше не буду слушать. Своим умом буду жить.
– Да что такое случилось-то?
– Ничего! Кофта твоя салатная вытянулась вся… Рукава до полу.
– А ты её, значит, выстирала уже?
– Выстирала. Потому что от неё машинным маслом пахло.
– А этикетку, конечно, не прочитала перед стиркой?
– Какую?
– На кофте. Там, где утюг нарисован.
– Ничего не читала я, – зло ответила Ася. – Выстирала и на веревку повесила просушиться.
– Горячей водой стирала?
– А какой же ещё?
– Ну, вот и причина.
– И чего сейчас делать мне?
– Ничего пока не делай. Я приеду, посмотрю, что сделать можно.
И Софья Михайловна положила трубку. Ася стащила с себя кофту и с раздражением бросила её на пол. Хотела её потоптать немного, подавить худыми пятками, но передумала. А вдруг Софья Михайловна придумает чего. Обменять её или деньги вернуть обратно. Она женщина грамотная, знает все ходы и выходы.
Когда Софья Михайловна увидела салатную кофту на Асе, она руками всплеснула:
– Это не кофта, а кафтан! Ни дать, ни взять.
– И чего теперь?
– Рукава надо подшить.
– Да куда их подошьешь – такие длинные, – удивилась Ася, пробуя подобрать рукава.
– Тогда – подрезать.
– У новой-то кофты? – обиделась Ася. – Только купила – уже резать да подшивать.
Короче говоря, через два часа кофта снова была как новая, только немного бесформенная, слегка скособоченная. Асина шея в этой кофте казалась сейчас слишком длинной, и плечи снова выпирали, и на животе появилась какая-то длинная поперечная складка, которой раньше не было. Что не говори, а не к душе стала кофта эта салатная с синими цветочками. Так и хотелось выкинуть её в окошко, чтобы улетела куда-нибудь по ветру прямо в мусорный бак.
– Во всем виноваты ткани современные, синтетические, – начала рассуждать Софья Михайловна. – Ни утюгом их погладить, ни выстирать по-человечески.
– Не знаешь, с какой стороны подойти, – поддержала её Ася и стала собирать на стол.
Собирала, собирала стол к чаю, и тут ей так захотелось выпить с горя, так захотелось расслабиться, что она нашла в комоде бутылку сухого грузинского вина под названием «Цинандали». Разлила вино по фужерам, подхватила на вилку кусочек ветчины и опрокинула фужер в рот. Так прямо и выпила всё вино одним глотком, как страус какой. Сама не ожидала, что так получится. И вино оказалось не таким противным, как она предполагала. И в животе оно приятно обожгло.
После выпитого вина думы о кофте на время оставили Асю. Да что там кофта. Разве она новую кофту себе не купит? Разве денег у неё нет? Что у неё пенсия плохая, что ли? Или на смерть денег не припасено.
