Красив памятник из белого мрамора над могилой секунд-майора Измайлова на Лазаревском кладбище. Тут же недалеко могила известного фаворита Екатерины — графа Петра Васильевича Завадовского. Памятник состоит из двух фигур и бюста графа, но это некогда замечательное произведение[302] в настоящее время окончательно изуродовано позднейшей реставрацией, исполненной в 1860 году Татьяной Каблуковой, дочерью Завадовского. «Другу человечества, — говорится в эпитафии, — предводительствовавшему разными делами и приобревшему колену (sic) своему графский титул». Прекрасно исполнен бронзовый медальон — портрет известного конференц-секретаря Академии художеств Петра Чекалевского, автора книги «Рассуждение о свободных художествах»:
Так говорит надпись на его могиле[303].
Памятник графу Петру [304] и его жене очень красиво задуман и исполнен. Второй из них более ранней эпохи — типичный empire, саркофаг с головами сфинксов и прекрасной глубоковыразительной женской фигурой, плачущей над могилой. Характерна надпись на этой могиле: «Госпожи действительной тайной советницы, покоющейся в надежде воскресения мертвых»:
Но не только внешняя красота надмогильных монументов представляет глубокий интерес; имена тех, кто погребены в могилах, и эпитафии на гробницах их — любопытные материалы для исследователей былого. Когда знаешь жизнь тех, кто лежит под этими плитами, — поражаешься тем странным сплетением обстоятельств, которое соединяет и разлучает людей. Как будто здесь собрались после смерти все те, кто когда-то составляли тесный кружок придворного общества. На маленьком пространстве старого Лазаревского кладбища погребена целая эпоха, целый мир отживших идей, почти все придворное общество Елизаветы, Екатерины и Павла. Здесь, над могилами этих людей, стоят памятники, плачущие женщины над урнами, молящиеся дети, вазы, саркофаги, дуб, сломанный грозой, — аллегорическое изображение погибшей молодой жизни. Иногда барельефные портреты погребенных лиц, иногда портреты всей семьи, друзей и близких, оплакивающих покойного. На могиле М. Б. Яковлевой[305] — красивый саркофаг белого мрамора, семь птенцов в опустевшем гнезде и их опечаленный отец оплакивают смерть матери, труп которой лежит тут же:
Эта наивная и трогательная эпитафия как нельзя более характерна для XVIII века.
Так говорится в одном старинном стихотворении.
Еще характернее памятника Яковлевой монумент над могилой А. А. Чичерина (1808), поставленный ему «светующей матерью». Памятник этот изображает птицу Феникса, объятую пламенем.
