В Акагурте молодого агронома теперь все больше хвалили: "Вишь ты, совсем будто девчонка, а все знает, за все берется с толком. Вишь, парники вновь отстроила, скоро у нее овощи поспеют. И отзывается она всем, одинаково разговаривает и со старым, и с молодым…" И те же люди, которые раньше осуждали ее, теперь говорили о ней с умилением. А Марья — та среди женщин каждый раз расхваливала свою квартирантку: "Ой, до чего же моя агрономка старательная, работящая и чистоту любит! Уж как она мила мне, ну, чисто дочь родная!"
Конечно, все эти толки не проходили мимо Зоиных ушей. Она слушала-слушала и наконец твердо решила: лучше Гали сыну невесты не найдешь. Теперь надо ее не упустить! А то, если уж очень привередливым быть, можно без всего остаться. Придя к такому решению, она постаралась забыть свою обиду на Галю за случай с горохом в колхозном амбаре. Незаметно, со стороны, присматривалась к ней, прикидывала: подходит ли Олексану? Решила: подходит. В деревне, конечно, все станут завидовать: вот какую невестку нашла Зоя — образованная, большие деньги получает.
О своих намерениях Зоя пока не говорила ни Макару, ни Олексану. Ждала случая с глазу на глаз поговорить с Галей, узнать ее мысли, заручиться согласием: господи, да в Акагурте кабышевский дом — самый лучший, а Олексан — чем парень не вышел! Любая девушка пойдет за него.
Однако случая встретиться с Галей долго не представлялось. Пойти к вей на квартиру Зоя не посмела: после того, как поссорились в огороде, соседка Марья все время отворачивалась от нее. Зое снова помог колодец. Однажды она увидела в окно, что к нему с ведрами пошла Галя. Зоя быстренько опорожнила свой ведра и метнулась к колодцу. Еще издали стала приветливо улыбаться.
— Видно, вода понадобилась, Галина Степановна?
— Да.
— Вода у нас вкусная, все хвалят. Носите, пожалуйста, нам не жалко, воды всем хватит… Видно, это Марья вас заставляет работать? Сама что-то совсем перестала по воду ходить.
— Она на работе, — сухо отозвалась Галя. Наполнив ведра, она повернулась, чтоб идти, но Зоя ухватилась за ее коромысло.
— Галина Степановна, ведь мы соседями живем, а вы у нас еще не бывали. Будто чужие мы. Видно, брезгуете нами… Зайдемте сейчас, посидите у нас.
Вцепившись в Галин рукав, Зоя потянула ее за собой. Галя отказывалась, хотела рассердиться, но потом подумала: "В самом деле, пойду посмотрю, как у них дома. А то болтают всякое про них…"
Завидев чужого человека, Лусьтро молча ощетинился, но, увидев хозяйку, зевнул, показав огромные желтые клыки. Галя опасливо покосилась, держалась ближе к крыльцу. Зоя ее успокоила:
— Не бойтесь, Галина Степановна, он у нас смирный… Иди назад, Лусьтро, видишь, кто к нам пришел? Своя она, своя…
Приведя гостью в дом, Зоя уже ни минуты не могла усидеть на месте, суетливо ходила взад-вперед, переставляла стулья, смахивала пыль, без умолку говорила:
— Присаживайтесь, Галина Степановна, вот на этот стульчик сядьте. На нем у нас хозяин сидит. Уж вы нас не обессудьте, Галина Степановна, одна не успеваю прибираться, все некогда — то свое хозяйство, то колхоз… А мужики мои только ночевать приходят домой…
Галя обвела глазами комнату.
— Нет, у вас не грязно. Я бывала в других домах, там хуже… Очень хорошо у вас, чисто и занавески на окнах красивые.
— Да уж куда там, красивые! — будто застеснялась Зоя, а сама чуть ли не таяла от такой похвалы. — Вы уж, Галина Степановна, посидите пока одна, выйду я на минуточку.
Оставшись одна, Галя с нескрываемым любопытством стала рассматривать комнату. На стене, в крашеных самодельных рамках, висели пожелтевшие фотографии. Галя подошла ближе. На одной из них — крестьянский парень в белой расшитой рубахе-косоворотке, в сапогах. Он стоял, напряженно выпрямившись, и, видимо, не знал, куда девать свои большие руки. Видно, заезжий фотограф поставил его к стене, завешанной серым одеялом, и приказал не шевелиться, а парень устал смотреть в объектив и моргнул, оттого на карточке получился слепым. В этом парне Галя с трудом узнала хозяина дома — Макара Кабышева. А рядом — другая карточка: высокая худощавая девушка в белом переднике, с гладко причесанными волосами стоит, держась одной рукой за спинку стула, в другой руке — букетик цветов. Галя сразу узнала Зою — она и сейчас мало изменилась. А потом следовали портреты незнакомых людей, почти у всех были напряженные лица, и чувствовалось, что все они не знали, куда спрятать свои большие руки. И еще одна карточка привлекла внимание Гали. Это был старинный снимок на толстом картоне: по бокам затейливыми буквами написано название фирмы. Снимок был очень хороший. У бородатого мужчины из грудного кармана свисала цепочка от часов, и можно было даже сосчитать ее звенья. Мужчина уверенно сидел на стуле, раздвинув колени, слегка упираясь в них руками, смотрел прямо, чуть нахмурив брови. Позади него — нарисованный фон: кипарисы, море, балкон… Фотографии сына хозяев почему-то не было.
Вошла Зоя с чайным блюдечком в руках. В блюдечке был мед. Поставив его на стол, подошла к Гале и стала показывать:
