Мама тихо вставила:
— Я не давала Китту табличку. Я уже говорила, у меня её вообще никогда не было.
Мы оба посмотрели на неё: Самир покосился с иронией, я же успокаивающе улыбнулся.
— Ты сейчас похож на улей с пчёлами, — добавил брат. — Опасен для всех вокруг, потому что тебя ищет дед. Если честно, я даже не рассчитывал, что в тебе есть хоть капля храбрости и ты согласишься вернуться в Вейдаде после того, что ты сделал. И прогнать тебя со своего двора я хотел потому, что ты навлечешь на нас неприятности.
— Ладно, давай начнём с самого начала, — посмотрел я на брата. — Мне нужен полный расклад по деду. Его слабые места, как он действует. Всё.
Самир посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, словно сомневался, что я способен понять всю серьёзность ситуации.
— Полный расклад? — переспросил он, приподняв бровь. — Начнём с того, что Пирий — не выживший из ума дед со старческими причудами. Это человек, который держит за горло половину города! Он скупил недвижимость в лучших районах Вейдаде — дома, склады, лавки. Он не занимается мелочами, он управляет потоками золота. Характер у него склочный и вздорный, и это ещё мягко сказано. Он давит на людей, манипулирует ими, подставляет их. Решил, что сможешь сыграть против него? Ха!
— Должен быть выход из положения, — не согласился я. — То, что ты его не видишь, ничего не значит. Его действия явно нарушают какие-то законы: травля тебя и мамы, давление на твоих клиентов. Можем мы найти толковых людей, которые укажут на это и помогут подать на него в суд?
Самир уставился на меня так, словно я только что предложил ему полететь на Луну верхом на курице.
— Ты серьёзно? — спросил он, прищурившись. — Суд? Закон? Что тебе непонятно в словах «держит за горло половину города»? Здесь стража вмешается, только если Пирий начнёт расчленять людей прямо на площади. И то — чтобы отвести домой дедушку, которому «внезапно стало плохо»!
Брат вскочил с кресла и пошел по комнате, размахивая руками:
— Ты хоть представляешь, кто он такой? Он не просто аристократ или богатый человек. Он — персона! Фигура! Он стоит наравне с сильнейшими практиками города, у него связи во власти, в гильдиях, среди стражи!
Я хлопнул по подлокотникам кресла, привлекая внимание.
— Ладно! Давайте не нагнетать. Нужно обсудить, что мы знаем про Пирия и как нам выбираться из этой ситуации. Какими методами он обычно действует?
Самир усмехнулся и сел обратно в кресло:
— Подставные дуэли — его любимое развлечение, если ты вдруг не понял. Провоцирует людей, выставляет их идиотами перед всей знатью. Выбивает окна у тех, кто ему не угодил, давит на людей через их семьи: угрожает лишить их работы или выгнать из дома.
— Что насчёт его связей? — пропустил я иронию мимо ушей. — Есть ли у него слабые места? Может быть, кто-то знает о них?
Самир фыркнул:
— Слабые места? Думаю, тех, кто знает о слабых местах Пирия, находят в канавах или вообще не находят. У него нет явных врагов, так что объединиться с кем-то тоже не думай.
— Компрометирующие документы? Наверняка что-то было, если ты с ним работал.
Самир коротко хохотнул:
— Я что, идиот хранить такое? Даже если я что-то и видел, от греха подальше постарался скорее забыть. Это тебе не мелкий купчишка из трущоб.
Я почувствовал новую волну раздражения от снисходительного тона.
— Значит, ты хочешь сказать, что ничего нельзя сделать? Расскажи про его недвижимость. Может, здесь есть за что зацепиться.
— У него есть дома в центре города, — начал он. — Адреса дам. Несколько доходных домов, которые он сдаёт в аренду. Пара складов, через которые проходят товары из других провинций. Пара лавок в Золотом квартале — их арендаторы платят ему чуть ли не половину выручки.
Я кивнул, пытаясь представить масштабы его влияния.
— Связи у него повсюду, — продолжил Самир. — В городской страже есть люди, которым он платит за «услуги». В гильдиях ремесленников и торговцев полно тех, кто зависят от его денег или покровительства. Думаю, даже в храме есть жрицы, которые сидят на его пожертвованиях. Этот человек буквально контролирует часть города.
Тут вмешалась мама. Её голос прозвучал мягко, но твёрдо:
— Китт, Самир. Я понимаю, что вы злитесь, но вы должны помнить: ваш дедушка — человек большого ума и силы. Всё, чего он добился, он заработал своим трудом. Я вам так скажу: если вы решите пойти на преступление против него, я первая пойду к страже и всё расскажу. Во-первых, он мой отец. А во-вторых, преступления — это… это неправильно.
Она сказала это с такой уверенностью, что я не смог удержаться от лёгкой усмешки. Доброта и наивность.
Я переглянулся с Самиром и впервые увидел в его глазах то же самое выражение, что было у меня.
— Ладно, мама, мы поняли тебя, — сказал я примирительно. — Никаких преступлений, ага.
Самир хмыкнул и отвернулся.
— А если устроить публичный скандал? Если аристократ зависит от репутации, можно попробовать использовать это как рычаг давления.
Самир поднял бровь и посмотрел на меня с интересом:
— О, это однозначно сработает. А ты расскажешь, зачем тебе новая волна ненависти от Пирия?
