Когда они наконец-то добрались до туннеля, Фантаст помог Альфреду сесть, облокотившись спиной о стену.
— Не холодно?
— Нормально, спасибо… — Лекарь принялся массировать свои ноги.
— Сильно болят?
— Могло быть и хуже. Есть болезни и пострашнее этой.
Блюм задумчиво смотрел на Альфреда.
— Если бы я мог, я бы отдал тебе своё здоровье, но сейчас…
Блюм не успел договорить, как в него полетела щепка.
— Совсем дурак? Не говори так. Я ни за что бы не взял твоё здоровье! Ни твоё, ни ещё чьё-то. Я занялся врачеванием именно потому, что хотел избавить как можно больше людей от этой боли. Да, сам я болен, но мне приносит истинное наслаждение помогать другим и видеть, как они поправляются. Есть причина, по которой я родился именно таким, или нет, но именно это сделало меня Лекарем. Это помогло мне найти себя.
Блюм улыбнулся.
— Ты истинный мудрец.
— Нет в этом мудрости, — ответил Альфред. — Одни рождаются больными и плачутся, что не родились здоровыми. Другие рождаются здоровыми и жалуются, что не родились красивыми. Рождённые красивыми хнычут, что не родились ещё какими-нибудь. Человеку всегда будет не достаточно того, что у него есть.
— Но это же воровство у самих себя, — ответил Блюм, усаживаясь напротив Лекаря. — Это бесчестная кража времени, которое человек может провести счастливо.
— Скорее всего, так и есть, но мы ничего не можем с собой поделать. В любом случае, забирать чьё-то здоровье я бы не стал. Это противоречит всему, за что я борюсь.
Нависла пауза, и Блюм ушел в свои мысли. Он совсем забыл о том, что расчищал место для ночлега.
— Не грусти, Блюм. Скоро Парк, а там и новые ноги.
Альфред улыбнулся после этих слов и скрестил руки на груди. Этой улыбкой он мог бы провести кого угодно, но только не Блюма.
— Не нужно, Ал, я всё вижу.
— Ты о чём?
— Я отправился следом за девочкой, потому что хотел помочь ей найти брата, и не собирался загадывать желание в Парке, но теперь я понял, как могу тебе помочь. Я загадаю его, Альфред.
Лекарь был по-настоящему удивлён.
— А как ты?..
— Фууух, как же я устала… — на входе в туннель внезапно появилась девочка. — Это всё, что я сумела собрать.
Она положила найденные ветки рядом с кругом из камней.
— О, отлично! Этого вполне достаточно, — ответил Блюм и принялся разводить костёр.
А вот Альфред всё ещё обдумывал их беседу. Это была просто игра слов или Блюм, правда, всё понял?..
Солнце уже полностью скрылось за горизонтом, все приготовления к ночлегу были завершены, а Изобретатель всё ещё не вернулся. Пусть у него и был пистолет, но это всё равно не гарантировало ему безопасность. В голову девочке закрадывались неприятные мысли. Хоть ЭрДжей её и раздражал, но всё же в глубине души она волновалась, не случилось ли чего. Блюм уже собирался идти на его поиски, как вдруг высокий силуэт Изобретателя появился у входа в туннель.
— Поблизости никого нет, — первым делом он изрёк итог своего похода и пошел прятать пистолет, как ни в чём не бывало.
— Почему ты так долго? Солнце уже село!
— Переживала за меня? — не упустил возможность подразнить девочку ЭрДжей.
— Ещё чего! — она скрестила руки на груди и сделала невозмутимое лицо, хотя была рада, что он вернулся целым.
— Ну, что ж, теперь, когда все в сборе, можно и поужинать, — Блюм с хозяйственным видом принялся раздавать всем ложки. — Я открыл только одну банку тушенки — продовольствия нужно экономить. ЭрДжей, я не стал лезть в твой рюкзак, доставай свою ложку.
ЭрДжей ничего не ответил, просто открыл свой рюкзак и достал оттуда не только столовые приборы, но и небольшую баночку консервов.
— За мной не нужно ухаживать, я полностью автономная единица. Я — независим.
Трое ребят переглянулись. Девочка наклонилась к Блюму и шепотом спросила:
— Какая единица?..
— Я сам не понял…
— Это было не очень красиво и не очень уместно, — сказал Лекарь.
— Ммм… — прозвучало вместо ответа.
Но все слишком устали и были слишком голодными, чтобы продолжать этот разговор.
Ложки жадно нагребали еду и, может из-за усталости, а может и правда, эта тушенка была невероятно вкусной. Банка, которую ребята разделили на троих, улетучилась моментально. ЭрДжей же ел не спеша, задумчиво глядя на костёр и все могли только гадать, чем занята голова юного гения. Если Альфред был рад общению и всегда стремился к людям, то ЭрДжей наоборот — искал уединение, но ведь его никто не заставлял присоединяться к группе, он решил это сам.
Вдруг Блюм вспомнил их недавний поход к Стражу.
— Могу я вас спросить кое о чём?
— О чём же? — Лекарь удивился такой официальности.
ЭрДжей даже оторвался от костра и посмотрел на Фантаста.
— Я не из этого мегаполиса и не знаю вашу историю. Когда мы были в районе изгоев, они говорили что-то про кровавую осень. Как я понял, это связано со Стражем. Вы не могли бы мне рассказать об этом?
