Раскрыв старую, разлохматившуюся от времени книжечку, опоясанную резинкой с засунутым под неё огрызком карандаша, Иван Григорьевич нашёл в ней нужную запись и, показав Пернатому, куда идёт, вышел из старого дома на улицу. Там уже рассвело. Получалось, он провел с Ангелом всю ночь! - поразился старик, но потом, поразмыслив, решил, что в этом, в общем-то, нет ничего удивительного, если вспомнить, что в старый дом он пришёл уже совсем поздно вечером. Сколько он лечил это странное пернатое существо, похожее одновременно и на человека и на птицу, разговаривал с ним, потом они ещё незнамо сколько дрались в лабиринте, а после долго лежали, восстанавливая силы, и снова разговаривали - Ангел в несколько приёмов всю свою жизнь рассказал...
Ладно, думал 'Дед Мороз', торопливо преодолевая квартал за кварталом, у меня есть ещё шанс застать юношу, пока он не ушёл из дома. Время было раннее - он, наверное, только встал.
Однако, как старик ни торопился, парня-лунатика дома не оказалось. Пока Иван Григорьевич упорно жал на дверной звонок, из квартиры напротив выскочила любопытная соседка:
- Здрасьте, а вы к кому? - пожилая, но весьма бодрая на вид, женщина прищурилась.
Ответа у Ивана Григорьевича на этот вопрос не было, ибо, кроме адреса, он ничего о молодом человеке не знал: ни имени, ни фамилии, ни чем тот занимается.
- Я... мне очень надо с ним поговорить! - старик указал пальцем на закрытую дверь.
- А Валера уже ушёл... - соседка аж привстала на цыпочки, желая рассмотреть, кто там, под шляпой и шпионским очками, скрывается. - До вечера точно не придет, он днём никогда дома не появляется.
- Ясно, спасибо, - Иван Григорьевич втянул голову в плечи и, развернувшись, размашисто зашагал к лестнице. - 'Валера - вот, стало быть, как его звать...'
- А вы ему кто? - соседка выбежала на площадку и остановилась, придерживая дверь, - если бы она не грозила захлопнуться, оставив ключи в квартире, женщина бы, наверное, погналась за странным типом до самого выхода из подъезда.
- Я попозже приду! - крикнул стремительно ускользавший от бдительного ока гость уже с нижней площадки.
- А что передать? Кто приходил?! - не сдавалась женщина.
'Что ж ты так орёшь?' - неслышно бормотал себе под нос Иван Григорьевич, спеша преодолеть оставшиеся лестничные пролёты.
Наконец он вывалился на улицу, с облегчением вдыхая свежий, согретый шарфом воздух. Мельком глянув на окна, заметил женский силуэт: соседка уже вернулась в свою квартиру и следила за уходившим гостем через стекло. Ну и ну, вот так ГубЧК в юбке! Из тех, что целый день обозревают подступы к подъезду, а потом сидят возле двери, прислушиваясь, кто, когда и к кому пришёл, - мышь мимо них не проскочит! Хорошо хоть дежурства не круглосуточные - отдыхать-то иногда надо... - поёжился Иван Григорьевич, вспомнив, как ночью следил за лунатиком и потом уснул прямо в подъезде, чуть не потеряв чудо-шар, - повезло, что быстро очнулся и с лестницы убрался, не то быть бы этой бдительной соседкой застуканным...
В животе неожиданно громко, протяжно забурчало, и старик вспомнил, что последний раз ел вчера днём, да и то только пару яиц с галетами и чаем, при этом не спал всю ночь, да к тому же сражался! Ему надо срочно подкрепится, иначе живот к позвоночнику прилипнет. Иван Григорьевич порылся в карманах и наскрёб в общей сложности полторы тысячи, - много он с собой никогда не носил, чтоб не ограбили, а банковскую карту, куда приходила пенсия, оставил дома. Ну да ничего - пожрать хватит! Оглядевшись, он увидел неподалёку павильончик, в котором делали и продавали блины. Сглотнув мгновенно наполнившую рот слюну, старик поспешил к окошку.
Набрав целый мешок еды, 'Дед Мороз' купил в соседнем магазинчике бутылку с обычной минеральной водой, так как напитки в блинной показались слишком дорогими. Не рискнув разматывать шарф при людях, он потопал в старый дом с башенкой. Там он собирался не только спокойно поесть, но ещё и поспать пару-тройку часиков, прежде чем возвращаться к жилищу лунатика. Караулить парня, видно, придётся на подступах, иначе бдительная дама из квартиры напротив покоя ему не даст.
* * *
- Да уж, не повезло, - выслушав краткий отчёт о походе за Вороной-проводницей, заключил Пернатый. - А что это у тебя в пакете?
- Еда! - старик стал торопливо доставать упаковки с блинами. - Жрать хочу, Ангел, прямо помираю!
- А я никогда ещё материальную еду из этого мира не пробовал, - грустно отметил птичник.
- Ангелам есть человеческую еду не положено.
- А Дедам Морозам разве положено?
- Как видишь, - неразборчиво промычал Иван Григорьевич, усиленно набивая рот блином с мясом.
- Ну, и как это? Приятно? - подождав, пока собеседник запьёт водой очередную, извлечённую из упаковки и мгновенно умятую порцию, спросил птичник.
- Ага, - утоливший голод старик отдышался. - Сто лет я в уличных забегаловках не ел, разве что в студенчестве... Манечка, знаешь, как прекрасно готовила?
- Нет, - покачал головой Пернатый.
- Умм... - мечтательно улыбнулся Иван Григорьевич. - Пальчики оближешь! Ничто не сравнится.
