— Хранитель, — не слушая мужчину звонко заговорила девочка, — я очень хочу попасть в тот Мир под названием Земля, почему Служба Безопасности не пропускает мою кандидатуру, в то время как парней с моей группы взяли? — не замечая как хмурит брови мужчина она ещё сильнее повысила голос, возмущаясь. — У них же аттестация намного ниже моей!
— Вот поэтому, — он огорчённо покачал головой, — ты стала неуправляема и несдержанна, а в том Мире нужен полный, жёсткий самоконтроль.
— Хранитель, ну вы же знаете, меня, — горячо запротестовала Аоми и Учитель сокрушённо покачал головой.
— Вот именно знаю, Аоми, ты даже не замечаешь, что споришь со мной и повышаешь голос. Тебе надо очистить мысли, сердце и душу от суеты, и пройти путь возвышения третьей ступени.
Девочка прикусила губу, упрямо смотря себе под ноги. Ей было неинтересно учиться, она считала, что уже давно готова к самостоятельной работе, а её все отодвигают и отодвигают, хотя те, с кем она начинала обучение, уже занимаются собственными проектами.
Учитель видел непреклонность своей ученицы, и ему было больно осознавать, что с проблемой воспитания этого яркого лучика придётся помучиться не одно десятилетие. Тяжело вздохнув, он продолжил.
— Аоми, ты рвёшься в другой, закрытый Мир. Как ты считаешь, можно ли доверить его исследование тому, кто не справляется с возложенной на него задачей? — девочка возмущённо вскинула голову.
— Я справляюсь со всем, что мне должно исполнять!
— Тогда скажи мне, как давно ты не видела свою подопечную, отправленную тобой в земли Вариора? — Аоми прикусила губу и опустила голову. Она совсем забыла о той душе, что когда-то заменила её.
А в это время…
Столица Контиола — Тарен, дворец Правителя, Тайная канцелярия. Тар Дарион Каности
Я специально открыл портал не сразу в рабочий кабинет брата, а в портальное помещение Канцелярии, чтобы успокоиться и отбросить все постороннее, важное для меня, но мешающее думать. Сейчас мои мысли должны быть кристально ясными. Записка, что пришла маг вестником, дала чёткое понимание того, что у нас проблемы.
Департамент гудел как растревоженный улей. Туда - сюда сновали курьеры с папками, документами и срочными донесениями, проводился инструктаж и слышались приказы, распоряжения. Группы боевиков перемещались от портальных комнат и обратно. Давно я не видел тут такой суматохи. Настроение портилось: “Вот и закончилось затишье перед бурей”.
В кабинет брата я уже входил собранный и готовый к любым потрясениям. Все мысли о чудесно проведённом вечере и растерянном, разочарованном взгляде малышки затолкал как можно глубже, ещё будет время и объясниться с ней и провести более приятные вечера. Эдхар даже не обратил внимания на моё появление, уткнувшись в бумаги и читая донесения. Быстро оглядев помещение, взял первый попавшийся стул и придвинул его к столу, усаживаясь верхом. М-да… это вам не удобное кресло, видимо брат специально держит это орудие пыток, чтобы подчинённые долго не задерживались.
Эдхар мимолётно скользнув по мне взглядом, подвинул тонкую папку.
— На, почитай пока… — и вновь углубился в донесение.
Ну что ж, мы не гордые, можем и сами почитать, криво улыбнулся своим мыслям, и когда успел так привыкнуть к устным донесениям брата? В папке оказались отчёты о поисках пропавшей тари Милиндари Хеормиан. По мере прочтения становилось ясно, что моя бывшая любовница оказалась очень деятельной натурой, настойчиво продвигающейся к столице и опережающей нас совсем чуть-чуть. Ей помогали, если во время “бабьего заговора” она действовала на свой страх и риск, то сейчас она путешествовала с мужчиной, описание внешнего образа которого выводило нас на Ландроса Прайта, контрабандиста, замешанного во многих преступлениях.
Вставал вопрос: где и при каких обстоятельствах моя бывшая свела с этим отребьем знакомство. Ответ находился сразу — в крепости, у мужа под носом. Там, где с неё должны были не спускать глаз. Вздохнув, с силой потёр ладонями лицо, спать сегодня не придётся, глянул на брата давно ожидавшего, когда я закончу с ознакомлением бумаг.
Он еле сдерживался, у брата был взрывной характер, быстро вспыхивал и так же быстро остывал. Сейчас же, он был на грани, глаза полыхали гневом, а ноздри трепетали, расширяясь от ярости и глубокого дыхания, губы, сжатые в одну линию, побелели. Молча выхватил протянутый мне лист с отчётом, вчитываясь в то, что так могло разозлить Эдхара.
Пробежавшись по первым строкам, чуть сам не вспылил...
— Как это произошло? — рычащие нотки в моем голосе немного удивили, но злость, что клокотала во мне, была в стократ сильнее.
