— Сегодня я приглашаю тебя в одну таверну… — на меня смотрели хитрые глаза, а я не могла поверить: правитель страны идёт ужинать в таверну?
— Да лаадноо, — видимо мой шок был настолько велик, что он запрокинув голову заразительно рассмеялся.
Где мы будем он так и не сказал, велев закрыть глаза и не подглядывать. Любопытство съедало, но я мужественно терпела и не подглядывала. Когда его шёпот шевельнул волосы, я задержала дыхание. Открыв глаза, не поверила, но мы находились в таверне “Весёлый зомби”. За барной стойкой, как всегда, стоял, весело ухмыляясь хозяин, дядя Тиматея. Кстати, за столько лет я так и не удосужилась узнать его имя. Недоверчиво перевела взгляд с него на Дара, и тот понял меня без слов.
— Мне было интересно посетить это место, ведь вы все столько раз здесь бывали. И всегда без меня. Хочу, чтобы это место у тебя ассоциировалось и со мной тоже.
Проникновенные слова и восхищённый взгляд, длинные пальцы нежно касающиеся щеки и заботливо заправляющие прядку волос за ухо. А у меня уже подкашивались ноги и бухало сердце, пытаясь вырваться из груди. В таверне никого кроме нас не было. Из музыкального артефакта лилась красивая медленная музыка. Словно зачарованная я шла за Даром, а он уверенно вёл за дальний столик.
Умопомрачительная рыба, лёгкое светлое вино, блеск хрусталя — ничего из этого не запомнилось, пройдя мимо сознания. Все внимание занимал только Дар. Он интересовался: как прошёл мой день, что было на испытании маголетов, как оно прошло, выспрашивая каждую мелочь и сожалея, что, так и не смог попасть на него и поддержать меня. Мы говорили обо всем и ни о чем, наслаждаясь друг другом. Но всё когда-нибудь заканчивается. И наш прекрасный ужин тоже подошёл к концу.
Прямо из таверны Дар открыл портал ко мне в комнату.
— Тебе завтра рано вставать и идти в академию, — поморщившись, хотела поныть и сказать, что прогуляю, уж очень не хотелось расставаться с ним и завершать этот дивный вечер.
Но мне приложили палец к губам и тихо шикнули: “Шшшш…”, а потом нежно поцеловали. Томный, дурманящий поцелуй, от которого кружилась голова и не держали ноги. Если бы я не слышала как колотится его сердце под моей рукой и какая трепетная, благоговейная нежность приходит от него по нашей связи, давно бы уже напридумывала себе всяких ужасов.
— Спокойной ночи, маленькая, — прошептал в волосы, крепче сжимая в объятиях, вдыхая запах моих волос и тут же отстраняясь.
Невозможный! Как я только терплю все эти пять лет? А как терпит он? Ведь у него даже любовницы официальной нет. И почему мне кажется, что такие наши отношения связаны с правящей четой Фолидана? И непосредственно, с таром Тэриэлем Меридо?
Столица Контиола — Тарен, дворец Правителя, кабинет. Тар Дарион Каности
Сегодня работать не хотелось. Да, надо был проверить отчёты по налогам. Но мысли витали в других местах. Решив немного отдохнуть, решительно встал из-за стола. Прохаживаясь по кабинету старательно заставлял себя думать о налогах, но мысли возвращались к Алине. Заложив руки за спину, задумчиво подошёл к окну.
Как быстро летит время, вроде только вчера волновался за Алину, как пройдут испытания её маголета, а ведь прошло уже четыре месяца. Неделю назад у неё был выпускной в академии и Эдхар сразу зачислил её к себе в канцелярию в подразделение артефакторов под крылышко мэтра Гиппа. Не зря же она была его любимицей на протяжении всех шести лет обучения. Вглядываясь в раскинувшийся под окнами кабинета сад, видел не его, а наш ночной полет…
Король Меридо долго противился моему союзу с Алиной. По-хорошему, просить руки и сердца девушки я должен был у отца Алины. А так как она была принята в Род Им Каности, то, соответственно, у Лихара, как главы Рода. С ним мы говорили, и он был не против, а даже рад.
Но я понимал что также нужно одобрение настоящего отца, иначе хорошие отношения между нашими странами могли закончиться в одночасье. Раз за разом получать отказ было мучительно, да и отговорки смешили, но что я мог? То — она молода, то — ей надо закончить обучение, то — я недостаточно хорош. Разрывать дипломатические отношения не хотелось. Всё же, как-никак, а он мой будущий тесть. Поэтому сцепив зубы я целенаправленно добивался своего.
Перелом в нашем противостоянии с Меридо закончился в тот день, когда я не смог попасть на такое важное событие для моей девочки, как испытание маголета. Зато я дожал её отца, и он дал своё “добро” на нашу свадьбу. После этого оставалось дело за самым большим — просить руки и сердца у Алины. Только как она отнесётся к этому я не знал и ужасно нервничал. В те дни вообще работать не мог. Все из рук валилось.
Ещё в детстве, разговаривая с ней о том как хорошо быть женой короля, правителя страны, услышал, что она не хотела бы взваливать на себя такой груз забот и обязанностей. Тогда я был поражён её пониманию ответственности, ложащуюся на плечи государей. Но она всегда и всему училась, повторяя, что не хочет, чтобы будущий муж краснел из-за неё.
