И часто я украдкой убегалВ великолепный мрак чужого сада.Под свод искусственный порфирных скал.Там нежила меня дерев прохлада;Я предавал мечтам мой слабый ум,И праздномыслить было мне отрада.Любил я светлых вод и листьев шум,И белые в тени дерев кумиры,И в ликах их печать недвижных дум.Все – мраморные циркули и лирыИ свитки в мраморных руках,И длинные на их плечах порфиры —Все наводило сладкий некий страхМне на сердце; и слезы вдохновеньяПри виде их рождались на глазах.Другие два чудесные твореньяВлекли меня волшебною красой:То были двух бесов изображенья.Один (дельфийский идол) лик младой —Был силен, полон гордости ужасной,И весь дышал он силой неземной.Другой, женообразный, сладострастный.Сомнительный и лживый идеал,Волшебный демон лживый, но прекрасный,Пьеса, названная «Отрывком» (стр. 183), есть целая поэма глубоко религиозного содержания, написанная библейским языком. «Осень» – тоже целая лирическая поэма, отличающаяся верностию красок и богатством национальных элементов. Она особенно знакомит с личностию самого поэта, – и мы не можем не выписать из нее двух отрывков:
Дни поздней осени бранят обыкновенно;Но мне она мила, читатель дорогой:Красою тихою, блистающей смиренно,Как нелюбимое дитя в семье родной,К себе меня влечет. Сказать вам откровенно:Из годовых времен я рад лишь ей одной;В ней много доброго, любовник нетщеславный,Умел я отыскать мечтою своенравной.Как это объяснить? Мне нравится она,Как, вероятно, вам чахоточная деваПорою нравится. На смерть осуждена,Бедняжка клонится без ропота, без гнева;Улыбка на устах увянувших видна;Могильной пропасти она не слышит зева,Играет; на лице еще багровый цвет,Она жива еще сегодня – завтра нет.И забываю мир – ив сладкой тишипзЯ сладко усыплен моим воображеньем,И пробуждается поэзия во мне:Душа стесняется лирическим волненьем,Трепещет и звучит и ищет, как во сне,Излиться наконец свободным проявлепьем —И тут ко мне идет незримый рой гостей,Знакомцы давние, плоды мечты моей.И мысли в голове…И рифмы легкие навстречу им бегут,И пальцы просятся к перу, перо к бумаге;Минута – и стихи свободно потекут.Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге,Но чу! матросы вдруг кидаются, ползутВверх, вниз – и паруса надулись, ветра полны,Громада двинулась и рассекает волны… 
