Статьи полностью

Взрослая операция: Если я решил остаться во Взрослом, то говорю себе: "В данный момент я не хочу слушать Джима. У него проблемы, но не мне их решать. Однако если он заговорит, его уже не остановишь. Думаю, лучше всего будет выйти из пределов его досягаемости". Едва Джим открывает рот и начинает произносить свою первую жалобу, я говорю: "Да, Джим, плохи дела. Но я сейчас занят. Как раз собрался идти в библиотеку, проверить кое-какие данные по этому отчету. Надеюсь, у тебя все получится". Я собираю бумаги и выхожу. С помощью Взрослого я сознательно избрал операцию ухода.

Я ОК, ты не-ОК: избавление от взаимодействия

Через десять минут я с чашкой кофе возвращаюсь в кабинет и углубляюсь в изучение отчета. Дверь опять открывается. На сей раз это мой помощник. Выглядит он удрученно. "Боюсь, у меня плохие новости, – говорит он. – Помните, вы поручили мне распечатать материалы? Я закрутился и забыл вовремя сдать их в печать. А теперь принтер занят. Что мне делать?"

Сценарная операция: Я могу ответить ему из позиции "Я ОК, ты не ОК". Покраснев, я говорю резким голосом: "Что вам делать? Выправлять положение, вот что вам делать! Не желаю больше ничего слышать, пока материал не будет лежать на столе, понятно?" При этом пульс у меня повышается и я буквально киплю от возмущения. Когда помощник исчезает, я говорю себе: "Ни на кого в наше время положиться нельзя, все самому делать приходится!" Я избавился от помощника, создавая сценарное "оправдание" своему убеждению в том, что я ОК, а другие – нет.

Взрослая операция: Я отвечаю помощнику; "Что ж, ваша задача состоит в том, чтобы поправить положение. Сейчас у меня срочная работа. Так что поищите возможность распечатать материалы как можно скорее где-нибудь в другом месте. Жду вас к четырем, доложите о результатах". Я вновь склоняюсь над отчетом, давая понять, что разговор окончен. Я избавился от помощника, так что теперь могу заниматься своим делом, причем мы оба остаемся ОК.

Я не-ОК, ты не-ОК: невовлечение во взаимодействие

Раздается телефонный звонок. Звонит супруга из дому: "Произошло нечто ужасное! Лопнула труба, и пока мне удалось отключить воду, залило весь ковер!"

Сценарная операция: В этом случае я могу занять позицию "Я не ОК, ты не ОК". Я говорю себе: "С меня довольно. Это выше моих сил. И на жену положиться нельзя. Все без толку". Я стону в телефонную трубку: "Послушай, это уже выше моих сил. И без того денек выдался, это уж слишком". Не дожидаясь ответа, я кладу трубку. Я чувствую себя выжатым и подавленным. В глубине души я укрепился в своем убеждении, что я и все остальные – не ОК.

Взрослая операция: Решив остаться в состоянии Взрослого, я отвечаю: "Послушай, все уже позади. Подожди, пока я вернусь. А там посмотрим, что мы можем сделать". Я избрал операцию невовлечения.

ОК-УЧАСТОК И ЛИЧНОСТНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

Хотя мы постоянно перемещаемся по квадратам Участка, у каждого из нас есть "любимый" квадрат, в котором мы, действуя по сценарию, проводим большую часть времени. Он соответствует занятой нами в детстве основной жизненной позиции.

"Я ОК, ты ОК" – это здоровая позиция. При этом я участвую в жизни и разрешении жизненных проблем. Я действую с целью достижения желаемых для меня выигрышных результатов. Эта единственная из позиций, основанная на реальности. Если в детстве я встал на позицию "Я не-ОК, ты ОК", то скорее всего буду разыгрывать свой сценарий в основном из депрессивной позиции, чувствуя себя ниже других людей. Сам того не сознавая, я буду избирать неприятные мне чувства и поведенческие проявления, "подтверждающие", что свое место в мире я определил верно. Если у меня возникнут проблемы с душевным здоровьем, их скорее всего диагностируют как невроз или депрессию. Если я написал роковой сценарий, его развязкой вероятно будет самоубийство.

Детская позиция "Я ОК, ты не-ОК" означает, что я буду проживать свой сценарий главным образом из оборонительной позиции, пытаясь возвыситься над другими людьми. При этом они скорее всего будут воспринимать меня как подавляющего, бесчувственного и агрессивного человека. Хотя эта позиция нередко называется параноидальной, она также соответствует психиатрическому диагнозу расстройства характера. В проигрышном сценарии третьей степени моя финальная сцена может включать убийство или нанесение увечья другим людям.

Если я в младенчестве занял позицию "Я не-ОК, ты не-ОК", мой сценарий будет разыгрываться преимущественно из бесплодной позиции. Я буду считать, что этот мир и населяющие его люди плохи, равно как и я сам. Если я написал банальный сценарий, красной нитью по нему будет проходить мое халатное отношение к большинству жизненных начинаний. Если у меня роковой сценарий, развязка его, возможно, будет состоять в том, чтобы "обезуметь" и заработать психотический диагноз.