Мы очень хорошо знаем, что некоторые из этих выводов не понравятся очень многим, в особенности тем лицам, которые слишком веруют в мудрость западноевропейских финансовых администраций и в более или менее точный портрет их, который представляет собою современная наука о финансах. Предоставляем этим лицам сколько угодно скорбеть о том, что Россия ни по своему быту вообще, ни по своей государственной администрации, не есть, не может быть и в близком будущем и, прибавим, не должна быть страной вполне западноевропейской. Мы этому радуемся уже потому, что на всем западноевропейском быте лежит еще тяжелым бременем печать его истории, или феодального права, происшедшего из не слившихся еще окончательно, по крайней мере вполне органически, двух элементов в образовании каждого из западноевропейских государств, а именно победителей и побежденных. В России нет и не было ничего подобного, даже и в те времена, когда и в ней едва ли не единственным правом было кулачное право; не было в ней ничего подобного и в период монгольского ига, ибо русские не сливались в политическое или государственное целое с тогдашними поработителями своими и были их данниками, а не подданными. Этим и более или менее подобными тому обстоятельствами, как, впрочем, и многим другим в быте и духе, как русского, так и вообще славянских племен, объясняется, почему в России никогда не было свойственного разным другим, а в том числе и западноевропейским государствам, особенно резкого деления народа на сословия, а это весьма важная статья и для финансовой администрации. Не сложись западноевропейское общество из победителей и побежденных, не было бы в нем и тех вопиющих налогов, которые еще в силе и в наш просвещенный девятнадцатый век; не было бы разных акцизных систем, как не было бы между прочим и разной военной славы, необходимой для удовлетворения самолюбия главных плательщиков податей, то есть побежденных. Где есть победители и побежденные, не слившиеся еще окончательно, как телом, так и духом, там непременно должен быть и пролетариат как следствие не только экономических, но и исторических причин, а где пролетариат, там и учения вроде социализма и ему подобных; тогда как в России пролетариат может быть только в крайне ограниченном размере и разве как следствие превратных административных мер, а социализмом могут увлекаться у нас только люди, хотя, может быть, и гениальные и весьма сведущие в некоторых других отношениях, но, тем не менее, мало знакомые с бытом России, мало сведущие в естественных законах общественного благосостояния, юношески увлекающиеся греко-римскими героями и принимающие некоторые иноземные учения с бессознательною верою в непреложность авторитета чуть ли не всего того, что пропускается только некоторыми западноевропейскими, но не пропускается некоторыми другими цензурами. Эти лица, равно как и другие бессознательные поклонники чуть ли не всего западноевропейского, не понимают, что наш быт сложился не так, как западноевропейский и отпрыск его, северо- и южноамериканский, что наш быт сложился без помощи победителей и что потому нам нечего увлекаться ни приемами вообще, ни результатами приемов западноевропейских победителей и их наследников. В особенности подобное увлечение неуместно в настоящее время, когда результаты нашей подражательности налицо и никого не пленяют своими прелестями, а это потому, что прелестей нет.
Некоторые лица, быть может, захотят попрекнуть нас тем, что мы пришли к вышеозначенным выводам не столько, как это покажется им, вероятно, путем анализа, сколько синтеза. Это не так. Мы не вдавались в подробный анализ наших финансовых приемов и мер вообще, как потому, что бюджет не представляет всех необходимых для того данных, так и потому, что статья наша и без того довольно длинна. А впрочем, если б и в самом деле мы пришли к этим выводам преимущественно или даже единственно путем синтеза, то разве это беда, если выводы верны? А что они верны — за это ручаются общность русского быта вообще и все, в особенности главнейшие результаты и отражения на этом быте существующих финансовых мер и приемов его. Подражательность Западу и в разных других частях администрации, как и в литературе, и в жизни вообще приводила и приводит нас к таковым же результатам, чем и подтверждается лучше всего верность наших выводов.
К таким же, в большей или меньшей степени, выводам, к каким привело нас общее обозрение приходов нашей казны, приводит нас и общее обозрение ее расходов.
Вот замечательнейшие и наиболее характеристические цифры этих расходов:
По военному министерству……………………..…. 106575892 р.
По морскому"……………………………….…….. 20589830 "
На платежи по внутренним и внешним
долгам……….……………………………………….…….. 54296187 "
На министерство финансов, со включением
операционных расходов………………………………. 26732217 "
По министерству народного просвещения……. 4156824 "
По главному управлению военно-учебных
заведений…………………………………………………….. 3535959 "
По ведомству путей сообщения и
публичных зданий, со включением
строительных расходов………………………………….. 9128213 "
