Без уверенности в себя, без крепкого национального духа, без опоры на прежние победы нам не одолеть нового нашествия иноземцев В разное время по-разному наступал для России 41-ый год. Но знает русский народ, как никогда должен верить сегодня в то, что восстань в нем русский дух, как было в русском народе во времена Александра Невского, Дмитрия Донского, Козьмы Минина, Александра Суворова Михаила Кутузова, Георгия Жукова и тогда непременно наступит победный сорок пятый.
<p>КОМУ МЕШАЕТ НАЦИОНАЛИЗМ</p>Об отношении русских к народам России
Первое инстинктивное, а может уже и генетическое восприятие русскими людьми самого понятия национализм - в лучшем случае подозрительно-настороженное, чаще и вовсе с порога отторгаемое - тут же выплескивается в негодующее: «А другие?! Мы же обидим их своим национализмом, оскорбим их национальное сознание, унизим их национальную гордость!» Понятие «национализм» уже настолько ложно воспитанно, вдолблено, что почти неосознанно воспринимается непременно как вызов другим народам, как покушение на их национальный суверенитет, как объявление войны другим народам. Нам умышленно и усиленно внушают, что националисты любой нации, а уж тем более русской громады, стремятся не просто укрепить, обогатить, возвысить свою нацию, но непременно возвысить свою нацию над другой, укрепить, обогатить свою нацию за счет других наций. Обществу обостренно навязывается убеждение, что в основу национализма заложено нетерпение, высокомерие, презрение, ненависть к другим народам. Именно поэтому у совестливого, добросердечного русского человека при слове русский национализм тотчас сжимается сердце от сопереживания за инородцев. «Да, - соглашается русский человек, - негоже нам быть на родной земле безголосыми и бесправными, но и национализм с его гордыней и кичливостью, конечно же, перебор. Сами себя запишем в первосортные, а других, что же, в третий сорт определим?» И в сострадании к другим народам и нациям не желают видеть и понимать русские люди, что искренним стремлением не обидеть своим национализмом другого, они губят и себя и других, порождая национальное беспамятство, национальное оскопление, национальную слепоту, лишая себя и других национального самоуважения, гордости за себя как за нацию. Приходится объяснять и доказывать очевидное, что если ребенок, а мы - дети нации, любит свою мать и считает ее лучшей во всем свете, разве он своей любовью унижает или оскорбляет другую мать, у которой свое дитя, для которого она лучшая в мире? И вот тут, я продолжу начатое сравнение, самое важное понять: только любящий сын, не скрывающий своей любви к матери, не стесняющийся своего полноценного, здорового чувства, а и гордящийся этим чувством, поймет любовь другого сына к другой матери, оценит и будет уважать эту любовь, но никогда не поймет их обоих, не разделит их любви, не будет ни считаться, ни уважать эту любовь взращенный без материнской ласки и любви детдомовец, интернатовский воспитанник - интернационалист, космополит. Чужая сыновняя любовь будет ему не только не понятна и неуважаема им, но будет для него чужой и чуждой, а то и вовсе ненавистной ему.
