– Да нет же! – гаркнула мамуля. – Ты не то представляешь! Ты представь, как теперь выгляжу я сама! Теперь все будут думать, что Пряников прав! Обыватели сочтут меня психически больной, а милиция вполне может записать меня в главные подозреваемые!
Тут Смеловский ожил и восторженно взвыл:
– Вау!
– Что – вау?!
– Вау…рвара Петровна, это же просто шикарно! – дикторский голос загромыхал во всю мощь. – Вы у нас теперь будете прямо как Шэрон Стоун в «Основном инстинкте»! Вот это супер! Вот это реклама!
– Реклама, ты думаешь? – услышав волшебное слово, мамуля чудесным образом успокоилась.
Про рекламу мне было ничуть не интересно, эта тема мне смертельно прискучила на работе, поэтому я обошла мамулю и хотела потихонечку нырнуть в свою комнату, но вывернувший из кухни папуля ухватил меня за шубный рукав:
– Дюша! Мы ждали только тебя! Сейчас будем кушать куропатку с улитками.
Он снова умчался в кухню и воодушевленно загремел там посудой.
– Господи, что за день! – я подкатила глаза и по примеру Трошкиной пожаловалась потолочному светильнику: – Дела в упадке, шеф в больнице! Сайра в троллейбусе! Труп в бассейне! Потом дырка в сумке и вечер в милиции, а теперь еще и улитки в тарелке?!
Не сдержавшись, я с силой пнула ближайшую дверь, она распахнулась, с грохотом ударилась о стену, и потревоженный Зяма, приподнявшись на софе, устремил на меня пасмурный дремотный взор.
– Привет! – сонно пробормотал благовоспитанный братишка, приглаживая разлохматившиеся кудри. – Что, уже все дома? Как прошел день?
– О-о-о! – дуэтом взвыли мы с мамулей, и понятливый Зяма временно воздержался от расспросов.
Румяная куропатка, скрывающая в своем хорошо пропеченном нутре ненавистных мне улиток, уже была возложена на мою тарелку, когда в дверь постучали.
– Неужели? – светлея лицом, с надеждой пробормотала я.
Зяма сбегал в прихожую, открыл дверь и впустил гостей – Дениса Кулебякина и его бассета Барклая.
– Барклашка! Иди сюда, мой любимый! – в полном восторге закричала я, шумно радуясь появлению супередока, который с готовностью сожрет всех моих улиток вместе со скорлупой.
– Он любимый, а я? – ворчливо поинтересовался Денис, глубоким кивком поблагодарив папулю, который без промедления вручил ему тарелку с угощением.
– Ты поешь сначала, потом будем отношения выяснять, – уклончиво сказала я, незаметно скармливая забравшемуся под стол бассету куропаткину начинку.
– Я вообще-то не есть к вам пришел, – заявил Денис, в опровержение сказанного вонзая вилку в птичью тушку. – Я пришел успокоить Варвару Петровну и всех остальных по поводу ЧП в бассейне. История, конечно, скверная, но вы уже можете о ней забыть.
– Забыть – это хорошо, – благостно кивнул Зяма, проспавший все последние новости. – Только прежде, чем забыть историю, мне лично хотелось бы ее узнать!
Я, мамуля и бабуля присоединились к этому пожеланию. Папуля просил отложить неаппетитные разговоры «на после еды», но остался в меньшинстве.
С пугающим вурдалачьим хрустом разгрызая мелкие птичьи косточки, капитан Кулебякин рассказал нам следующее.
Молодая женщина, труп которой случайно обнаружила наша мамуля, была задушена после полудня. В это время в бассейне шло очередное занятие, раздевалка была пуста, дамы-физкультурницы плавали, а дежурная воспользовалась паузой, чтобы сбегать в ближайший ларек за пирожками к обеду.
– Этой дежурной вечно нет на месте! – накляузничала я. – То она лестницу моет, то в ларек убежит, то к телефону, то на балкон – свежим воздухом дышать! В раздевалке постоянно самообслуживание, сама берешь ключик, сама его сдаешь, сама отвечаешь за сохранность своих вещей. Администрация, видите ли, не несет ответственности за наше имущество!
– Ах, о чем ты, Дюша, говоришь! – вздохнула мамуля. – Они не несут ответственности даже за нашу жизнь! Это же надо, женщину задушили в раздевалке! Кстати, а кто она, узнали?
– Узнали, но не сразу, – ответил Денис, профессионально внимательно рассматривая ушедшую в глухую несознанку улитку и прикидывая, как бы половчее ее расколоть. – Убитая пришла в бассейн не по именному абонементу, она заплатила за разовое посещение, и ни паспорт, ни просто фамилию у нее никто не спросил.
– Что, и при себе у нее никаких документов не было? – недоверчиво спросила я.
Мамуля и Денис взглянули на меня с одинаковым укоризненным выражением, и я прикусила язычок – вспомнила, что убитую нашли в голом виде.
– Очевидно, в бассейне она плавала, как все нормальные люди, без вещей и документов! – съязвил Денис и посмотрел на меня так, словно думал, что я лично совершаю заплывы с чемоданами в руках.
– Но она же не пришла в бассейн в одном купальнике? – рассердилась я, с трудом подавив порыв гавкнуть: «Сам ненормальный!».
– Чай, не лето на дворе! – весело поддакнул беззаботный Зяма.
