Взгляд, давно закончившего играть, гитариста упёрся в банку кока колы, что стояла на захламленном столе. Под банкой протекала лужа водки вперемешку с маслом из шпрот. Сбоку лужи лежал рыбий хвост… Он молча смотрел в одну точку, игнорируя собеседника.
Собеседник, Брат, еле-еле собирая слова в предложения, выражал своё недовольство. Адресат периодический кивал и соглашался.
Позади плясали пьяные женщины, у которых наконец-то уснули дети. Их мужья стояли по двое и общались. А единственный свободный парень, восемнадцати лет, чей-то брат, был взят в плен танцующими.
Брат отвлёкся на телефон. Взгляд с банки колы пошёл по комнате и зацепился за кусок стекла. Видимо до его в пылу веселья разбили бутылку… Он смотрел на этот кусок с мыслью, что его «надо бы убрать»… Снова заговорил Брат. Желание убрать стекло тут же пропало. Раздражение продолжило наполнять тело и разум. Собеседник говорил одно и то же четвертый раз подряд. И с каждым разом всё более нечленораздельно, пока в заключительном повторении уже половина слов не превратилось в мычание и всасывание падающей слюны.
– Пошли выпьем, – раздался голос сзади, и на левое плечо упала чья-то рука, – хорош языкам чесать.
Подошедший взбесил ещё больше, чем нудивший рядом Брат. Появилось желание отказаться от обещания себе и выпить чего-то погорячей. Выпить захотелось чуть больше, чем было сил сдерживать это желание, и без долгих пререканий с собой, он сломался. Встал. Направился за тем, кто предложил выпить. На пол пути заметил, что Брат сидит. Вернулся. Просунул руки в подмышки, скрепив поверх груди, и дёрнул сидящего на ноги. Тот чуть пошатнулся, но поймал равновесие и пошёл относительно нормально…
Все собрались вокруг второго стола. Подошли даже мамаши, которые обычно отказывались от слишком горячих напитков. Кто-то, более-менее трезвым голосом, сказал тост. Зазвенели рюмки.
– Ой зря.– думал он, чокаясь с теми, кто был ближе. И поднимая рюмку в сторону тех, до кого не дотянуться.
…
Глаза открылись моментально. Желание сна как и не было. Он приподнялся в положение сидя. Нашёл телефон. Часы показывали семь утра. В животе еле-еле проявлялось чувство стыда вперемешку с пивной, либо же ершовой, изжогой.
Постепенно всплывали воспоминания про вчерашний день, которые по началу казались сном. Через мгновение пришлось понимание и ощущение, что он все ещё пьяный. Накатила тоска. Алкоголь пока что блокировал все чувства, не давая им развиться, но было точно ясно: скоро станет совсем плохо.
Он закрыл глаза и упал на подушку. Стянул с ноги одну штанину, с которой не справился вчера, и замер. Снова достал телефон. Разблокировал.
– Никому не звонил. Никому не писал. – сделал исследование лежачий, после которого стало немного легче. – Ничего такого в браузере не искал. Отлично.
Глаза закрылись сами. Он провалился в полубредовые сны, что смешивались со вчерашним воспоминаниями.
– Поеду до колхоза, пусть всё идёт лесом.
Поспав еще три часа, наблюдая абсурдные сны, он заставил себя подняться с кровати. И чтобы случайно не оказаться в горизонтальном положении снова, сразу же направился на улицу, даже не почистив зубы и не умываясь. План состоял из похода за едой и лекарствами, но пешая прогулка затянулась. На ходу ощущения внутри казались не такими гадкими… Мимо проходила одна красивая девушка за другой, что сильно задевали слабую похмельную душу. Его вкус расширял границы в такой ситуации, и туда уже начинали входить пухлые девушки и девушки с откровенными уродствами. Всё вокруг сбивали с мыслей. В один момент вроде получилось ухватиться за мысль, но он её тут же упустил, когда взгляд лип к очередной прохожей.
– Всё. Время затворничества официально окончено, – сказал мысленно идущий, и понял, что прозвучало вслух. Одёрнул себя и продолжил, – найду себе бабу, полюблю свою работу. И будет всё хорошо у меня, наконец-то… Сука, как же я тупо звучу с похмелья. Ладно.
Он допустил мысль подойти к первой попавшейся девушке, но передумал. Голод голодом, но кота в мешке тоже брать не стоит. И это умозаключение привело к более конкретным рассуждениям и подготовке плана.
Любовь и страсть для него не являлись чем-то загадочным и возвышенным. Тут думать особо нечего. А вот об остальном стоило позаботиться. Смысла заводить невыгодные отношения, не было… Он почесал голову. Перед глазами полетела перхоть.
– Точно. Дерматолог.
На первой же лавке начался поиск. Первый вариант «подслушано у дерматологов» не дал результатов. Таких групп не было. Следующим вариантом стали местные больницы с шарагами, и этот вариант выливался в достаточно продолжительную задачу. Поэтому в дополнение пошли варианты вопросов где-то в пабликах, откуда можно вычленить дерматологов. Написать какую-нибудь чушь, чтобы вызвать эмоции. Или порыться в комментариях.
– Наверно вариант с тупым комментарием самый точный. Он нормально так отфильтрует. – пришла мысль в голову. За ней последовали действия. – Так, комментарий, ага, Алина. Знакомое лицо у тебя… Что у тебя на стене?
