– Из воспоминаний Сиссона «Сто красных дней» и его книги «The German – Bolshevik Conspiracy, Issued bu The Commitee».
– Ты вздумал издеваться надо мной, жидовская морда? – спросил все также ласково Ежосиф и плеть его, рассекши воздух, влипла в плечо и грудь Недира. – По-русски говори, скотина!
– «Участие германского правительства в большевизме и развала России» – дернулся и выстонал Недир. Он чувствовал: слабея, истощаясь: уже не успевает организм регенерировать повреждения кожи.
– Кто такой… Сиссон?
– Эдгар Грант Сиссон американский издатель газет «Коллиерс Викли» и «Космополитен». В 17-18 годах работал в России в качестве Гендиректора иностранной секции Комитета обществ информации США. По личному поручению президента СЩА Вудро Вильсона выполнял его развед-поручения. Имел пропуск в Смольный к Ленину и Троцкому.
– И что? Америкашка что-то где-то писанул, облил помоями вождей – и все поверили?
– Помимо книги Сиссона, есть воспоминания Людендорфа.
– Штабник германец?
– Эрих Людендорф, начальник германского генерального штаба до Гинденбурга, командующий восточным фронтом. В 1914 году руководитель разведки «Нахрихтен бюро», чьи агенты наводняли Петроград и Кронштадт в 17-18 годах. Он финансировал большевиков.
– Какой дурак снабжает деньгами тех, с кем воюет?
– Снабжает Пятую колонну в них.
– Детальнее причины, сволочь! Дай мне причины с фактами!
– Причины крысы, которую загнали в угол.
После войны Людендорф имел разговор с князем Жеваховским и объяснил ему ту ситуацию.
Недир прикрыл глаза, стал излагать строки, тавром впечатанные в память:
«Германия была истощена к 16-му году и не могла продолжать войну. Мы трижды обращались к вам, просили мира, поскольку вопрос уже давно уже шел не о выгодах и потерях, а жизни и смерти самой Германии, германской нации. Мы были согласны на самые тяжкие условия. Но Николай II и слышать не хотел о мире.»
– Он что, такой болван, не видел своих выгод? Выходит, мы шлепнули его не зря со всеми выродками.
– Николай II подвержен был давлению. Распутин, Вырубова, Трепов, Великие князья, французский посол Палеолог, «Союз русского народа», банкир – советник Симонович – все звали к продолжению войны, к разгрому Deutschland, к репарациям от побежденных.
– И что Германия?
– Здесь гениальная подсказка. Темнейший князь, целую его ручки, вмешался сам. Он подсказал тупице Людендорфу тактику и лиц, через которых Deutschland может не только выиграть войну, но пятикратно возместить затраты на нее. И Людендорф стал действовать, включив в работу министерство финансов. Они проделали хорошую работу. Появился документ.
– Какой? – спросил Ежосиф.
– Документ №60 от 23 февраля 16-го года.
«От министра финансов всем группам немецких банков; по соглашению с Австро-венгерским правительством «австрийскому кредитному отделу»; центральной конторе «НИА – Банкен» в Стокгольме; «Дойче – банк»; представителю «Дисконто-гезельшафт» г-ну Киршу; представителю «Немецкого банка» в Швейцарии Свенсен-Бальцеру; г-ну Фюртсенбергу в Женеве; банкирам Д. Рубинштейну, Максу Варбургу, Парвусу Гельфанду.
Настоящим уведомляем: заключены соглашения между Имперским банком и русскими революционерами Зиновьевым, Луначарским, Лениным, Троцким. Они берут на себя обязанность: по изготовлению прокламаций и листовок революционного содержания; возбуждению социальных беспорядков и забастовок в России, проистекающих из них революционных акций и переворотов.
Кроме того: пропаганду разоружения среди солдат и уход с фронтов. Подстрекательство к сепаратизму отдельных частей государства, а также организация гражданской войны среди крестьян и рабочего сословия.
Расходы по проведению этих действий не ограничены. Деньги от германского правительства Ленин и другие революционеры получают в Стокгольме от Свендсона при германском посольстве и Фюрстенберга. Свендсон уполномочен мною выдавать дополнительно к деньгам чеки для австрийских, швейцарских и русских банков. В случае необходимости могут быть открыты кредиты для вышеназванных лиц, которые будут погашены полностью, как только вы отправите требование в Берлин.
Министр Марк Риссер».
Его рукой – рукой министра, гениально водил Темнейший Князь. Вы это сделали неподражаемо!
– Товарищ Сталин – подрагивая от дикости услышанного воззвал к вождю Ежосиф: пригибало к истине фамилиями, стилем и совокупной точностью нюансов в документе немецкого министра: о закупке с потрохами неприкасаемых, сияющих вождей.
– Товарищ Сталин… он говорит, что этот документ состряпан при подсказке Князя… какой-то темный князь… что за князь, паскудник, отвечай?
– Зачем тебе какой-то князь? Веди допрос, Ежов – сказала кавказоидная Тьма над креслом – не обращай внимание на бред сивой кабылы.
– И где эта писуля, что ты цитировал, мать твою?! – продолжил, оживая, комиссар – и кто ее держал в руках?
– Позвольте привести еще ряд документов. Я полностью проинформирую про все эти бумаги в конце, Ваше первосвященство.
– Чего-о-о?
Еще раз свистнула плеть, впечатываясь в спину Недира.
