Валерий Самородов сознавал, что во многом не прав. В пехот-камандере странным образом сочетались упорство и самодостаточность. Он давно усвоил, что гнев дорого стоит. За каждое опрометчиво в сердцах произнесенное слово приходится расплачиваться потоком фальшивых извинений и это мало помогает, когда случается одалживать вновь. Добродушие и вежливость, столь облегчающие сосуществование между людьми, возможны до тех пор, пока взаимоуважение не мешает делу, на котором оба чуточку, но помешаны.
Уловив слабину беспокойства Валерий обернулся и распахнул окно:
- Дьявол! Эван, где тебя носит. Бегом ко мне!- И жестом зазвал вертящего во все стороны головой вестового.
Дюжий, светловолосый, с простоватым лицом, Эван подбежал к окну узла связи и, отсалютовав, с какой-то удручающей покорностью посмотрел на пехот- камандера. За пушком на его щеках проступил явственный румянец.
-Не тяни! Ты не умеешь скрывать свою бестолковость.
Но вестовой молчал, пряча глаза. Его лицо сделалось скорбным, когда он все же произнес:
-Пара волонтеров из вольнонаемных загонщиков обнаружили на восточном берегу "Крикливой Грэтты" убитого Драккера. Не дождавшись минера, они шевельнули тело и рвануло так, что, похоже, все трое потеряли шанс на Боговспоможение.
Вена на лбу Валерия запульсировала, как ненормальная. Он уставился на Эвана невидящим взглядом и не мог поверить в услышанное, пытаясь осмыслить эти из ряда вон выходящие сведения.
У вестового был сумрачно-виноватый вид.
Валерий отвернулся, его смугловатое костистое лицо с пронзительными, цепкими глазами вновь уставилось в энергоэкран. Эскадр-командер Роззел видел перед собой дьявола, вырвавшегося из преисподней.
-Похоже, ты не воспринимаешь меня серьезно, Роззел. Теперь навостри уши, ибо твоя карьерная судьба вершится или рушится сейчас ...
-У тебя повышенное чувство собственной важности, Валерий.
-Перестань эмитировать компетентность там, где компетентности нет и быть не может! Сейчас я тебе кое что скажу, некую искомую суть, которая всегда ускользала из наших с тобой разговоров. У нас большие неприятности, Роззел,- глуховатым, словно бы провалившимся голосом произнес Самородов. -Задета суперэлита, не перепогиб а уничтожен Драккер, спец, каких поискать и не найти, с полным разрушением тела.
Роззел раскрыл было рот, задрал руку в узком вточном рукаве, и она застряла где-то на затылке и медленно провел по лысине и лбу. Поправив брови и смахнув внезапно выступившую каплю пота с кончика носа, насупил губы и стал теребить бортовку кителя, пока не расстегнул две верхних пуговицы и, позабыв о всяком самодовольстве, произнес:
-Жизнь состоит из потерь, Валера. Сейчас же распоряжусь отправить туда пару вертолетов.
-И еще три грузовых "Хойверга" для переброски моих егерей "коммандос",- предупредив возможные отнекивания Валерий сказал:-Ты сам знаешь порядок не хуже меня, теперь я вправе потребовать для отдельного егерского полка даже это.
-Ты получишь все по максимуму.
Валерий Самородов добрел мгновенно:
-Роззел, поднеси свою багровую лысину поближе к экрану и я ее поцелую.
-Охотников меня отблагодарить всегда было такое множество, что я рано полысел из за своей доброты.
-Тогда, может быть, в другом теле и в другой жизни?
-И не мечтай.
Длинный, долгий взгляд пронизывал заводь по диагонали сквозь заломанные пальцы ветвей. Звездным десантникам еще не доводилось промышлять местным зверьем. И сейчас это была не охота, а арьергардная вылазка одиночки.