Инженер Сбруев на Луне сажает деревья по новой технологии своих погибших родителей, боровшихся за то, чтобы технический прогресс, делал лучше и жизнь людей и их самих. Однако выясняется, что никому не надо делать людей лучше, а надо – только счастливее, так как именно это способствует росту потребления, знаете ли… Куда может завести такой взгляд на жизнь? Ответ в рассказе.
Марк перехватил лопату уже дрожащими руками, запретил себе обращать внимание на разламывающуюся поясницу и столкнул очередную порцию желтоватой земли в почти заполненную яму. Грунт медленно полетел на дно. Ничего, еще немного… На этот год… А могли бы уже и закончить. Крохоборы чертовы.
Мимо прожужжал репортерский дрон, бесстыдно заглянув ему прямо в лицо; Марк четко слышал ближайшего ведущего, расположившегося с оператором не более чем в десяти метрах.
– Заканчивается уже четвертая предновогодняя высадка саженцев уникальных биомеханических деревьев, которые производят в двадцать пять раз больше кислорода, чем самые продуктивные обычные деревья. Прорывная технология была разработана специально для обогащения кислородом искусственной атмосферы Луны и претворена в жизнь знаменитыми биоинженером Игорем Сбруевым и нанобиологом Левадой Сбруевой, трагически погибшими в автокатастрофе четыре года назад и так и не дождавшихся начала применения своего изобретения .
Значок Статуса Си интегрированного в запястье советника требовательно замигал, и Марк деактивировал его привычным жестом, шевельнув указательным и безымянным пальцами левой руки прямо на пластиковом черенке лопаты. Наверняка что-то там начислилось за высадку деревьев, потом посмотрит. А пока надо уже заканчивать. Остальные тол ько его и ждут.
Марк бросил взгляд на присевших вокруг прямо на землю усталых коллег, вышедших поддержать его на этой, как он надеялся, последней акции. Но нет, Корпорация опять ничего не выделила, и саженцев, чтобы заполнить оставшуюся площадь парка Счастья, не хватило.
Марк вытер пот, нехотя потекший в лунной гравитации по переносице, и посмотрел через еще куцую листву невысоких саженцев на город, стоящий стеной небоскребов и заслоняющий небо. Для него и старались.
И город наблюдал. Вся Луна, да, пожалуй, и Земля, молчаливо наблюдали, восхищались, но не вмешивались. Десятки журналистов с камерами и, кажется , сотни дронов в воздухе ничем не помогали. Но хотя бы узнают о том, что тут делается.
Снова подлетел дрон, заговорил репортер:
– Их сын, Марк Сбруев, принял эстафету и решил выполнить последнюю волю родителей по высадке этого парка, тогда как сам, хоть и не ученый, но ярый приверженец движения за технологии, которые делают мир и людей лучше. Он инженер и обеспечивает бесперебойную работу сети автоматических лунных заводов по производству медоборудования, протезов и имплантов корпорации «РобоХэппи». Кстати, именно нехватка необходимых имплантов, ставших доступными сегодня каждому, тогда и стала причиной смерти родителей Марка.
Марк разогнулся, воткнул лопату в землю и опустился на колени к корням саженца. Механические направляющие уже начали зарываться в грунт, укрепляя опорную структуру и ограждая место для роста биологических тканей. Он успел практически в последний момент. Еще минут десять – и сращивание биологического материала с механической частью стало бы невозможно. «Посадочное окно» закрывалось. Остальную площадь можно будет засадить только в следующем году. Но зато уж то будет точно последняя высадка. Даже если никто так и не вложится в новые саженцы, которых так не хватает .
Когда Марк поднялся и, благодарно взглянув на занятых своими советниками соратников, начал отряхивать одежду, его атаковала толпа репортеров. Частокол микрофонов преградил ему путь, а дроны освещения, развернувшие рассеиватели и отражатели, скрыли бездонное черно-звездное небо.
– Господин Сбруев, что вы чувствуете, находясь в одном шаге от реализации мечты ваших родителей?
– Они верили, что технологии делают мир и людей лучше! И я чувствую, что они были правы. Несмотря ни на что.
Последнюю реплику вряд ли поймут, но Марка это уже не волновало.
Его Статус Созидателя снова пискнул, показывая изменение рейтинга.
****
Почти год спустя.
Марк стоял в виртуальном кабине перед столом главы корпоративного департамента управления производством. Господин Френкель в безупречном костюме, гладко выбритый, смотрел на него васильковыми глазами ребенка.
– С сожалением вынужден сообщить вам, господин Сбруев, что в этом году Корпорация не смогла изыскать средства для выплаты вам бонусов.
Марк из вежливости не позволил своему лицу выразить отношение к такой новости. Но в его голосе явственно прозвучали нотки разочарования.
– Мне горько слышать, что Корпорация не оценила усилий по оптимизации условий работы обслуживающего персонала, господин Френкель.
– Видите ли, Корпорации не совсем понятны цели таких усилий, отнимающих, тем не менее, ваше корпоративное время, достойное лучшего применения, господин Сбруев. – Во взгляде руководителя читалось возмутительное искреннее непонимание.
– Но это делает их лучше!
– Не совсем улавливаю связь между улучшением условий персонала и улучшением его самого, господин Сбруев. Но даже если так, Корпорация не заинтересована в том, чтоб персонал становился лучше. Только счастливее.
Марк будто споткнулся, но тут же встрепенулся, ухватившись за возможность объяснить и разрешить это недопонимание.
– Но ведь то, что они становятся лучше, и делает их счастливее!
