– Я тебе говорила, что ты все не то делаешь, а ты не слушал. Вот теперь разбирай и ищи сам, где накосячил.
– Ок, – легко согласился он, пожимая плечами, – тебе лучше знать.
В этот момент сама не знаю почему я вдруг направилась к ним. Меня словно магнитом потянуло, хотя у меня и в мыслях не было вмешиваться. Да и со стороны это должно быть смотрелось весьма двусмысленно. Девушка смерила меня подозрительным взглядом, когда я остановилась возле них и оглядела результат его труда.
– Не работает? – я кивнула на собранный сустав, машинально доставая резиновые перчатки с крючка на поясе с инструментами.
– Нет что-то… – в его темно-зеленом взгляде мелькнула какая-то странная эмоция, похожая на узнавание, но он уже снова осматривал свое изделие, – видимо собрал неправильно. Сигнал не проходит. Хотя лишних деталей нет вроде…
Я взяла со стола свободный контакт и подняла на уровень его глаз.
– Думаю, если это подключить, то может что-то и получится…
Пару секунд он смотрел на провод. А потом аккуратно закрепил его на нужном месте. Сустав с тихим шипением послушно согнулся и вернулся в исходное положение. Я кивнула им обоим: и радостному парню, и возмущенной девушке, которая казалось вот-вот лопнет от того, что ему помогли, вместо того, чтобы посоветовать быть внимательнее. И вернулась к Паприке, которая шепотом мне призналась, что еще немного и она на эту нудную выскочку уронила бы контейнер с отработанными зарядными блоками для ГНОМов и сказала бы, что так и было.
А я вдруг подумала, что, наверное, этот парень очень любит эту вечно недовольную девушку. И в подтверждение моих мыслей, он поднялся на ноги и поцеловал ее. Она тут же мило заулыбалась, растеряв весь свой боевой настрой. Уткнулась носом ему в грудь и прикрыла глаза, чуть покачиваясь с ним из стороны в сторону. Это было так просто и красиво, что в моей душе что-то незнакомо, но очень приятно шевельнулось. Этот день неожиданно врезался мне в память, как нечто очень теплое и хрупкое, то, что хочется сохранить. Через неделю я не выдержала: поехала в антикварный магазин и купила там скрипку, чтобы научиться играть заново…
Машина мягко катится по слишком широкой и пустынной для пятничного утра улице, в конце которой стоит тяжеловестный особняк семейства Киросса. Кристиан закопался в настройки своего «рукава», явно подготавливая очередную убедительную речь на тему необходимости ремонта Мэй, а я ощущаю приятное предвкушение. Развлечение вот-вот начнется.
Парень рядом со мной вдруг шумно выдыхает и зажмуривается.
– Эй… – осторожно касаюсь его руки, – расслабься. Все пройдет отлично. Не надо так нервничать. Это как игра в стратегию.
– Мне они никогда не удавались…
– Все когда-то получается впервые.
Машина притормаживает перед открывающимися кованными воротами и въезжает в крошечный парк, полный странной смеси пестрых цветов, высаженных абсолютно в случайном порядке. Садовник у них явно ничего не смыслит ни в ландшафтном дизайне, ни в комбинаторности высадки растений. Тем временем дверь особняка открывается, и навстречу выходит молодой рыжеволосый мужчина лет двадцати, у него густая, но при этом очень ухоженная борода довольно странной вытянутой формы.
– Пошли, – киваю Кристиану в то время, как старший сын магната Киросса почтительно открыл дверь машины и подал мне руку. – Здравствуйте, Саймон. Рада вас видеть.
– Леди Ирта… – он галантно склонился к моей руке.
– Зовите меня Тэми. Позвольте поинтересоваться, дома ли ваши родители?
– Да, конечно, – Саймон настороженно наблюдает, как к нам неторопливо подходит Кристиан, – ваш скорый визит для нас приятная неожиданность. Мы очень рады.
– Позвольте представить вам моего коллегу, Саймон, это Кристиан Прайс.
Кристиан протягивает Саймону руку, но тот явно замешкивается, окидывая КВИПа подозрительным взглядом.
– А… вы простите… из этих?
Кристиан непонимающе моргает, стараясь сохранить улыбку.
– Из… из кого?
– Ну… – Саймон делает странный жест рукой, как будто он ведет марионетку, – этих…
– Он КВИП. Как и я, – моим голосом сейчас, наверное, можно было бы заморозить действующий вулкан.
Младший Киросса явно нервно сглатывает и торопливо приглашает нас в дом. Кристиан не смотря на неловкую сцену, легко сохраняет лицо. Просторный холл особняка откровенно темноват, но мы просто проходим через него в гостиную, количество кресел и подушек в которой наводит на странные мысли. А уж стены, каждый миллиметр которых покрыт картинами, исполненными в самом разном стиле, и вовсе заставляют впасть в ступор неподготовленного к такому зрелищу человеку.
– Леди Ирта! – старший Киросса поднимается нам навстречу весьма принужденно. Его такое же бородатое лицо, как и у сына, имеет несколько скошенную на сторону форму, и ему совершенно не идет домашний бордовый бархатный костюм. – Рад видеть вас в нашем доме.
– Добрый день, лорд Киросса, – игра началась и от этого в душе поднимается веселое нетерпение, – позвольте представить вам моего коллегу. Кристиан Прайс.
