Без разрешения гестапо жителям не разрешалось отлучаться из дома в другой населенный пункт. В каждом отдельном случае требовалось получить на отлучку у старосты справку, заверенную гестапо.
Проживающих местных жителей часто проверяли, часто производились обыски в каждом доме. В случае отсутствия кого-либо из членов семьи в момент проверки гестаповцы требовали объяснения и подтверждения документами о причинах отсутствия.
В апреле 1942 года основные работы по строительству объекта были закончены. С наступлением весны, когда растаял снег, ускоренными темпами производилась очистка и уборка леса от строительного и прочего мусора. Приводились в порядок лес, аллеи и дорожки. Для этой цели было привлечено большое количество местных жителей. Для зашифровки объекта вся центральная зона, где были построены главные здания квартиры Гитлера и железобетонные убежища, к этому времени с внешней стороны была тщательно замаскирована.
Мобилизованным на уборку леса местным жителям во время нахождения их в лесу проходить мимо центральной зоны и смотреть в том направлении категорически запрещалось.
В полях, прилегающих близко к лесу, немцы разрешили посеять только низкорослые культуры, как, например, картофель. Сеять пшеницу, рожь, ячмень, кукурузу, подсолнух и другие высокорослые злаки близко к лесу было категорически запрещено.
Весной 1942 года (апрель) район ставки охранялся следующим образом: вся центральная зона охранялась патрулями и часовыми, вокруг леса, вдоль опушки, через каждые 5-10 шагов стояли часовые. На наблюдательных вышках, расположенных на деревьях, дежурили также часовые с биноклями. На прилегающих к лесу полях в шахматном порядке, на расстоянии 100–150 шагов друг от друга ходили подвижные патрули — 2–5 человека. Поля таким образом контролировались на глубину 1–2 км от леса. Местным жителям разрешали производить полевые работы от 100 до 1000 метров от леса. Во время полевых работ у всех работавших местных жителей подвижные патрули часто проверяли документы. Все полевые работы проводились строго по установленному режиму времени.
В мае 1942 года гестапо объявило населению о прекращении всех работ в лесу. С этого времени за весь летний период никто из местных жителей ни на какие работы в лес не мобилизовывался. Установленный режим в районе ставки гестапо проводило со всей строгостью, за малейшее нарушение виновные подвергались аресту.
Все жители деревни Бондури были переселены за реку в село Стрижавку. Часть жителей села Коло-Михайловки, проживающая вдоль шоссе, также была переселена на окраину села, ближе к речке.
К этому времени в район объекта прибыли специальные немецкие охранные войска — СС-цы «Великой Германии», носившие погоны с буквами «СД» (погоны сверху закрывались клапанами).
Через несколько дней после прибытия СС-ких войск местным жителям запретили производить полевые работы на прилегающих к лесу полях. В августе уборку урожая на прилегающих к лесу полях производили немецкие солдаты, которые затем скошенный хлеб подвозили на подводах к шоссе, где передавали его крестьянам для молотьбы.
По шоссе в районе ставки днем и ночью ходили подвижные патрули по 5 человек. На перекрестках и мостах стояли усиленные посты. У всех лиц, проходивших по шоссе и направлявшихся к шоссе другими дорогами, проверялись документы. Проезжавшие по шоссе автомашины останавливались патрулями и производилась проверка документов на машины и лиц, находившихся в этих машинах. Кроме патрулей по шоссе курсировали легковые автомашины с гестаповцами. СС-цы и гестаповцы, которые несли службу охраны в районе ставки, были размещены в селах Стрижавке, Коло-Михайловке и Бондурях, а также в самом лесу.
По сведениям, полученным у местных жителей, на вооружении войск, охранявших ставку, были средние и легкие танки, которых насчитывалось около 20 штук. Все танки находились в самом лесу за центральной зоной.
На выгоне, около села Коло-Михайловки, стояли два небольших самолета, похожих на наши У-2, видимо, связные самолеты ставки.
Вокруг ставки находились и были размещены до 12 батарей зенитных орудий и прожекторы. Зенитные орудия были расположены вокруг объекта в радиусе до 5 километров.
2 батареи и один прожектор были установлены между селами Стрижавкой и Переорками. 2 батареи в саду села Стрижавки, 2 батареи и 2 прожектора к югу от деревни Бондури, 2 батареи на окраине деревни Пятничаны, около железной дороги, 2 батареи севернее села Коло-Михайловки, 2 батареи и один прожектор между селами Коло-Михайловка и Сосонка.
О местах стоянки других зенитных батарей местным жителям было неизвестно.
После установки зенитных орудий была произведена пристрелка их с целью пробы. Два раза зенитная артиллерия обстреливала конус, который тащил на тросе немецкий самолет.
