– Прекрасно. Для моей дочери это, конечно, будет удар, но ничего. Молодая, переживет. Я пошел навстречу русским, заключив договор с их прогнивающим правительством, но терпеть этого нахала в своем доме было бы выше моих сил. – Монарх прервался, ненадолго уходя в размышления. – К вечеру предоставьте доказательства случайного отказа оборудования, повлекшего за собой крушение. И осветите эту тему в прессе так, словно вся монархия скорбит об утрате. Портить отношения с Беатрис из-за подобного пустяка я не хочу…
– Как вам будет угодно, ваше величество.
Начальник охраны поклонился и вышел из кабинета, а король еще долго вглядывался в темноту ночи, блуждая в собственных мыслях.
Погода стояла отвратительная. Холодный осенний дождь лил как из ведра, медленно, но верно превращая столицу Беларуси в одно огромное болото. Сквозь низкие, мрачные тучи вовсе не пробивались солнечные лучи, погружая город в неприятный сумрак, навевая на жителей грусть и тоску. Но, как и любая вещь на свете, ливень имел не только отрицательную, но и весьма положительную сторону. Ах, как приятно укутаться в тяжелое одеяло и погрузиться в сладостное забытье под звук барабанящих по окнам и карнизам капель! Какую нежную дрему это навевает! Настя сладостно потянулась в кровати, по-кошачьи прогнув спину и разгоняя застоявшуюся за ночь кровь по гибкому, спортивному телу. Вставать не хотелось, но и лежать в постели после неожиданно нахлынувших воспоминаний об Академии становилось невмоготу. Душа жаждала немедленных действий, но тело наотрез отказывалось выпутываться из одеяла и выходить в промозглый, дождливый мир. Внутреннюю борьбу прервал настойчивый стук в дверь.
– Анастасия, вам таки совсем пора вставать! – раздался громкий голос с характерным одесским говором. – Вы необычайно рискуете проспать завтрак!
Хороший друг и по совместительству строгий наставник Ясив Хаимович, за несколько лет так и не решившийся избавиться от своего своеобразного говора, терпеливо дожидался ответа девушки и лишь после громкого разрешения войти открыл дверь.
Ясив – высокий подтянутый мужчина лет тридцати, в дорогом сером костюме, со слегка кудрявыми русыми волосами – замер возле окна и неприкрыто начал рассматривать подругу, которая, ничуть не смущаясь, выбирала подходящее платье.
– Отец дома? – полюбопытствовала Настя.
– Нет, уже на работе, – нахмурился молодой человек. – Конфронтация Кореи и Китая таки достигла апогея, чиркни спичку – и все взлетит на воздух. В буквальном смысле. – Ясив повернулся к окну и ненадолго замолчал. – Беларусь выбрана нейтральной страной для саммита. Скоро здесь будет вершиться история.
– Историю вершат люди. Быть может, именно имя отца войдет на страницы учебников, как человека, разрешившего самый серьезный кризис двадцать первого века? – Девушка открыто улыбнулась и, подхватив друга под руку, настойчиво потащила его к двери. – А сейчас завтракать! Я голодна как волк!
Дождь навязчиво барабанил по стеклу, навевая тоску на обедающих. Николаева медленно размазывала по поджаренному кусочку хлеба сливочное масло, а Ясив неспешно, маленькими глотками, пил обжигающе горячий кофе. Возможно, подобную тишину сочли бы тягучей и неуютной, но они слишком долго знали друг друга, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
Неожиданно дверь, ведущая в столовую, раскрылась, словно от порыва сильного ветра, являя высокого статного мужчину с густыми усами и едва виднеющейся залысиной. Стряхнув невидимые пылинки со своего дорогого черного костюма, он подошел к столу. Его усы шевелились, глаза блестели, а руки явно не могли найти себе места.
– Папуля! – радостно вскричала Настя, бросаясь обнимать не ожидающего столь бурной встречи отца. – Как же я соскучилась!
– Кхм… – Премьер-министр слегка растерялся и вопрошающе уставился на Ясива, старательно делающего вид, что его здесь нет. – Такое ощущение, будто ты меня несколько лет не видела, – усмехнулся он, нежно отстраняя от себя дочь. – Хорошо, что вы здесь вдвоем. Через две недели состоятсяпереговоры, посвященные разрешению конфликта между… Ясив, мне нужна речь! Чем скорее, тем лучше! Настю возьми в помощницы, может, чего-нибудь умного тебе подскажет. Ты, дочь, кстати, почему не в университете? – неожиданно уточнил мужчина. – Ты мне прогуливать прекращай! Саммит закончится, я за тебя всерьез возьмусь! На этого бездаря, – кивок в сторону притихшего Ясива, – совсем надежды нет. Хоть из тебя достойную помощницу выращу!
Девушка поморщилась, словно от кислого лимона, но спорить не стала. Обреченно кивнув, Ясив поднялся со своего места и под строгим взглядом премьер-министра удалился из столовой. Оставшись с Настей наедине, отец устало опустился на ближайший стул и закрыл лицо руками.
