— 'Гладиатор'. Относится к классу 'Шершень'. Легкая палубная авиация. Двигатель — генератор Хорна. Гипердвигателем не оснащен. Два лазерных орудия, мощностью двадцать единиц по шкале Монро. Импульсная накачка с тактовой частотой собственного генератора. Два грузовых слота для ракет.
— Подробнее.
— Ракетные слоты 'Гладиатора'. Имеется возможность разместить пятьдесят ракет типа 'Жало', или двадцать типа 'Тигр', а также две ракетные бомбы типа 'Апокалипсис'…
— Закрыть. Конец работы — Перси выключил свой лаптоп и стал смотреть в настенный экран внешнего обзора. Уже совсем скоро челнок доставит его к 'Гермесу'. Именно там он и начнет свою военную карьеру. Перси с трудом верилось в то, что сейчас он сидит на борту военного транспортника, одетый в форму пилота-истребителя с заветными серебряными крылышками на петлицах. Все было каким-то нереальным, словно происходящим в легкой полуденной дреме, когда все желания и мечты кажутся такими доступными и возможными. Перси подумал, что о нем скажут его одноклассники, семья. И конечно же Инна. Которая наверное пожалеет о том, что связала свою жизнь с каким-то богатеньким хмырем из Ист-порта, а не с ним. И Стив, отчисленный из-за своих чертовых имплантантов, обрадуется за него. И Йол, если бы он узнал, и Элла с Надин и Итан… — тут судно качнулось и раздалось шипение шлюзовой камеры. Перси встал, поспешно привел себя в порядок, отряхнул форму, краем глаза посмотрел в зеркало, висящее на переборке — петлицы сияют, фуражка на два пальца от бровей, стрелки на брюках — порезаться можно. Все в порядке. Он должен понравиться своему будущему командиру. Дверь с шипением открылась. Никто не вошел внутрь и Перси, чуть помедлив шагнул вперед. Пройдя шлюзовую камеру он вышел наружу и зажмурился, ослепленный добрым десятком прожекторов. Грохотал металл, вспыхивали звезды сварочных агрегатов, в воздухе остро пахло озоном. Огромное помещение внутренней палубы 'Гермеса', казалось было одной большой строительной площадкой. Суетились люди, больше похожие на муравьев своей целеустремленностью и деловитостью, они, как и механизмы на верхней палубе, не делали ни одного лишнего движения. Перси застыл, не зная, что делать. Рядом вспыхнул огонь сварочного агрегата, и добрый кусок металла упал на палубу в двух метрах от Перси. Он отскочил и едва не сбил с ног какого-то детину в рабочем комбинезоне, несущего какую-то закутанную в брезент штуковину.
— Ты что под ноги лезешь, тряпкосос! Пришлют кадетов нам на голову. — выругался детина, едва не уронив свою ношу.
— Извините, сэр. Я только что прибыл.
— Это видно. Да не стой ты тут столбом, отойди.
— Сэр, где я могу найти…
— Ты, что издеваешься?! — возмутился детина, опуская ношу на палубу: — Дай пройти, пока… а черт! — последнее высказывание относилось к подходящему офицеру.
— Так. Что несем, Боргхарт? — спросил офицер, подойдя поближе. Перси увидел на его плече повязку с буквами 'ВП'. Военная полиция.
— Да иди ты, козел. — внезапно оскалился тот, кого назвали Боргхартом. Перси испугался, что офицер сейчас схватится за нейрохлыст, или вызовет патруль, но тот только скривился. Будто и не слышал оскорбления. Потом нагнулся и откинул брезент. Под брезентом оказалась большая бутыль из-под кислоты. Литров на семьдесят. Почти полная.
— Надо полагать, это очень нужная для ремонтной бригады кислота, да, Боргхарт? И наш ас опустился до нужд ремонтников, решив помочь ребятам перетаскать бутылки? — сказал офицер, неторопливо откупоривая бутыль. Боргхарт сложил руки на груди и принялся демонстративно разглядывать прожекторы на верхней палубе. Офицер наконец откупорил бутыль, понюхал воздух и изобразил удивление:
— Ого! Да здесь самый натуральный спирт! У вас есть разрешение на доставку такого количества спирта на боевой корабль? Что? — он вопросительно уставился на детину. Здоровяк продолжал разглядывать прожекторы с совершенно отсутствующим выражением лица.
— Так и запишем — разрешения нет. А бутыль изымем. И акт напишем. — офицер настороженно посмотрел на Перси. Перси последовал примеру Боргхарта и принялся разглядывать прожектора. Что от военной полиции ничего, кроме неприятностей ждать не приходиться, он усвоил еще с Летной Школы.
— А можем и не писать акт. Можем, да. — офицер задумчиво обошел бутыль и уставился на Боргхарта.
— Думаю, командир вашей эскадры не обрадуется, если узнает, что лучший пилот его 'золотой' пятерки пытался протащить контрабанду на корабль.
— Какую контрабанду? — искренне удивился Боргхарт.
— Вот эту. — уточнил офицер, тыча в бутыль со спиртом.
— Не вижу. — заявил пилот.
— Вот как. — сказал офицер и еще раз обошел бутыль. В этот момент он напоминал худого облезлого кота, принюхивающегося к миске с молоком. Потом офицер посмотрел на Перси.
— А вы что-нибудь видите, стажер?
— Ничего не вижу, сэр! — Перси, как и положено любому стажеру угадывал куда дует ветер с полуслова.
— Ясно. Ну, что же Боргхарт, тогда акт писать не будем. Считай, тебе повезло. А бутылочку я конфискую, чтобы неповадно было. И смотри мне, в следующий раз. — погрозил офицер и махнул рукой:
