Небоскреб корпорации в центре Токио, точнее его подвал. Там работает стажер Кайто, который не добился успеха к тридцати годам и получил клеймо неудачника.Друзей нет, девушка сбежала к другому, а будущее лишено перспектив.Так было, пока в стажера не вселился российский продюсер.Его ждут разборки богатых семей, ночные отчеты и сдача недельного плана за два часа.Кто сказал, что будет легко? Это Токио, детка. И он устроит здесь настоящее шоу с истинно русским размахом!
Тротуары Токио гудят под ударами каблуков офисных клерков. Проезжая часть пропускает нескончаемые потоки машин, пешеходов, автобусов.
Час пик в разгаре, все спешат скорее занять места в офисах, чтоб в безжалостной конкурентной борьбе выгрызть место под солнцем.
Пожилой клерк в возрасте двадцати восьми лет на секунду замирает на месте, щурясь от рассветных лучей, за что платит самую высокую цену.
На самом деле, Кайто не стар, просто в мире кастовой системы и чудовищной конкуренции он оказался на дне, так и не покинув должность стажера до своих лет.
«Древний мамонт», которому никогда не подняться с подвала, где он вынужден сидеть в полумраке, протирая дешёвыми брюками неудобное скрипучее кресло и выполняя задачи, на которые начальству лень тратить ресурсы ИИ.
Причем, это не значит, что можно расслабиться и забить, ведь даже на такую скромную должность метят более десяти человек, которые мечтают о головокружительной карьере в корпорации, едва окончив учебу.
Остановка Кайто занимает пару секунд. Потом красные от хронического недосыпа глаза фокусируются, бледная кожа лица резко вздрагивает. Он понимает, что затупил на проезжей части в разгар утреннего коллапса.
Тощее тело делает резкий шаг. Его кто-то толкает в бок, затем в спину. От бесконечных деловых пиджаков рябит в глазах.
Измученный переработками, плохим питанием и коротким сном Кайто случайно отходит в сторону. Краем глаза замечает, что сигнал светофора сменился, и последние капли офисного планктона спешно утекают с дороги.
— Нет, что за черт? — проносится в голове стажера.
Он понимает, что не успел, просчитался. Но уже ничего не исправить.
Холодная блестящая сталь сбивает с ног Кайто. Слышится визг тормозов, рев мотора и чьи-то истошные вопли.
Лексус последней модели в комплектации Премиум замирает возле лежащего тела. Молодая хозяйка машины нервно всплескивает руками и дует пухлые губки, понимая, что поездка в салон красоты безнадежно испорчена.
Вот ты как со мной обошлась, стерва крашеная? Кто тебя раскрутил? Кто ротации на радио оплатил, концерты в элитных клубах забацал, нужным людям тебя показал? Вот зараза!
Часть продюсерского центра она захотела, еще бы! Против моих юристов тебе не выстоять. Я из деревенских буратин делал звезд, когда ты под стол пешком бегала.
Так что подтяни стринги и вали к своему фитнесс-тренеру. Он же «лучше меня», так вперед!
Какого черта ты творишь? Совсем уже крыша поехала???
Она что, реально что ль это сделала? Это ж статья, как пить дать. Будет петь про свои Мальдивы на сибирской сцене. Опен-аиры медведям устраивать.
Да, бывшая мне проиграла, тут уж как ни крути. Но что тогда со мной стало… Не понял, это еще что за место??? Как отсюда выбраться, где я!
Какое-то время блуждал в туманном лесу, где не было ничего, кроме белого мрака. Потом понял, что просто сплю. И резко проснулся, ощутив, что нахожусь на своем роскошном, красном, сделанном из натуральной кожи… асфальте.
Чего, твою мать⁈ Кто посмел бросить московского продюсера на дороге?
Похоже, меня просто сбила машина. Но как?
У бывшей не было тачки, когда та по-крысиному меня убивала. По проезжей части я тоже не шастал.
Стоп, я больше не в продюсерском центре; на улице день, а не ночь. Кругом многолюдно, а тело… полностью изменилось.
Бегло осмотрел руки и ноги, лежа на теплом дорожном покрытии. Что случилось с одеждой? Почему на мне дешманский пиджак, в каких ходят разве что охранники из Пятерочки?
Поток мыслей прерывает страшная боль, которая словно липкая паутина обволакивает все тело. И это меня здорово выручает.
Ведь я уже хотел обложить матом собравшихся здесь зевак и набить рожу мудаку, который сбил меня на своем ржавом ведре. Благодаря боли я все же сдержался, взял паузу и понял, что рыпаться слишком поздно.
Моя душа вселилась в чужое тело, как бы глупо это все не звучало. Я прекрасно знал, что такое: сон, транс, гипноз, опьянение. Так вот, сейчас я был в адеквате, находился в здравом уме, твердой памяти и чужой реальности.
С одной стороны, это трэш! Но с другой, я читал про реинкарнацию в свое время, плюс за годы нервотрепок обзавелся слоновьей кожей в плане стрессоустойчивости.
К тому же, что я мог сейчас сделать? Заорать, что должен выглядеть старше на двадцать лет и быть другим человеком? Тогда меня вместо нормальной больницы отправят в… не особо нормальную.
Потому лежу тихо-мирно, мысленно матерясь от боли почти во всем теле. Слежу за тем, как вокруг кружатся азиаты.
Да, я теперь житель Азии. Память пока не особо доступна, но вроде как это Япония. Ага, вот и красная тачка, что дала мне пинка. Кажется это Лексус ограниченной серии, стоимостью как неплохой особняк.
Дома из-за санкций он может стоить в полтора раза больше. Нехилый мажор меня протаранил, даже по меркам Москвы.
Рядом истерит девица в красных туфлях от Кензо, видимо, выбирала под цвет машины. Знаю эту коллекцию, не самая доступная партия.
