Секира некоторое время летела прямо, сохраняя прежний курс. Тактический компьютер, обозначивший цель зеленым кружком, пронзительно пищал, подтверждая наведение на цель осталось только коснуться спуска и разнести штурмовик очередью из импульсника, но Секира медлила. Она перевела переключатель связи в открытый режим и уронила в пространство слова:
- Это Секира. Слушай, подруга, у тебя, что ребенок, там, в кабине? - ответ пришел почти сразу, голос стал еще резче, в нем появились панические нотки:
- Кто это говорит? Кто...
- Говорит с тобой тот истребитель, что висит на твоем хвосте и лучше бы тебе мне ответить, иначе я разнесу твою посудину в клочья. Что ты там насчет ребенка говорила? Зачем ты его с собой взяла?
- Я... я не брала ... просто я... беременна. - через некоторое время ответил штурмовик.
- Вот, дьявол... - только и сказала Секира.
Мефала сидела в тесной кабине штурмового бота, судорожно сжимая кисти рук. Кто-то окликнул ее, кто-то, кто летел сейчас за ней и держал ее на прицеле. Она знала, что от этого человека зависит сейчас ее жизнь и затаила дыхание, ожидая.
- Ладно, значит так. - ожили динамики: - немного снизь скорость и иди прежним курсом. Сейчас я пристроюсь к тебе и посмотрим, что там у тебя такое...
Секира выждала, пока штурмовой бот снизит скорость и подошла к нему почти вплотную, двигаясь параллельным курсом. Тактический компьютер сошел с ума при таком маневре - никто не предполагал такой близости противника в космическом бою.
- Ладно, сестричка, сними затенение со своего кокпита, там ползунок должен быть, справа... если у твоего чудища он есть.
- Есть... вот он... - блистер колпака стал прозрачным и Секира увидела Мефалу Тонг, а Мефала увидела Секиру, также опустившую свою поляризованную защиту.
- Значит беременна?
- Да, мэм.
- Какой срок?
- Почти шесть месяцев...
- Прилично... что же поздравляю.
- Спасибо, мэм.
- Вот такие вот дела... слушай, а как тебя зовут-то?
- Мефала. Мефала Тонг, мэм.
- Странное имя, ты случайно не с Лиры?
- У меня родители были с Лиры. Имя от них осталось.
- Понятно... - Секира замолчала.
- Мэм? - раздался неуверенный голос в наушниках.
- Чего тебе?
- Что со мной будет, мэм?
- Кабы я сама знала... слушай, Мефала, а ты как насчет сдачи в плен на почетных условиях, а? Мы тебя до базы проводим, а потом с моими девчатами останешься. - в наушниках раздался вздох.
- Нет, мэм... - грустно сказала Мефала: - у нас же видели, что вы с пленными делаете.
- Да это все пропаганда, Мефала... черт... - Секира мысленно еще раз выругала Змея, купившегося на подначку этих тупиц из отдела пропаганды, теперь вот и не докажешь ничего...
- Нет, мэм... - пришел тихий, но твердый ответ. Наступило молчание. Секира понимала эту женщину. Она была готова на все, чтобы защитить своего ребенка, но сдача в плен для нее означала не просто смерть, но смерть мучительную и позорную. И ребенка этим не спасти, лучше уж так, в пространстве, сразу...
- Аааа, да черт с тобой! - сказала Секира: - Убирайся отсюда.
- Что?
-Я говорю - лети отсюда поскорей, пока я добрая... - буркнула Секира, отводя свой истребитель в сторону.
- Правда? Вы меня отпускаете, мэм?
- Ты, что глухая? Вали, пока я не передумала.
- Спасибо... спасибо, мэм! - штурмовой бот увеличил скорость и стал удаляться. Секира смотрела ему вслед и знала, что у нее будут крупные неприятности. Очень крупные неприятности.
- Извините, мэм... - снова раздался в эфире голос Мефалы.
- Ну, чего тебе еще? - беззлобно спросила Секира.
- У вас есть имя? Ну, нормальное...
- Меня зовут Алиса. Алиса Кирштейн.
- Если родится девочка, я назову ее вашим именем, мэм.
- Спасибо, Мефала. А теперь вали отсюда. И выключи наконец передатчик.
