М-да, этот рейс Стажёру точно запомнится надолго. И мне тоже. Ответственность тоннами давит на плечи, но я стараюсь не думать о том, «как всё сложно». Надо дорулить до стоянки, вот там уже можно будет и поплакаться.
Что там гендиректор «Аэрофлота» вещал в интервью? Пилоты лишь компьютер программируют, самолёты сами всё делают? Хех! Сюда бы вас сейчас, господин директор. Показали бы, куда рулить!
Аккуратно находим нужную рулёжку, медленно катимся по ней. Отсчитываю проплывающие мимо повороты налево в поисках той рулёжки, по которой нам указано рулить дальше. Туман становится до неприличия густым, однако нас – наконец-то! – встречает желанная машинка с надписью «follow me15», и теперь можно перевести дух – уж немцы наверняка знают свой аэродром и помогут найти стоянку!
Стоянку находим, выключаемся. До 11 часов вечера, до часа Х, в который аэропорты Германии закрываются, остаётся совсем немного.
Не успели мы перевести дух, как к самолёту подъезжает трап, открывается дверь. В кабину забегает местный представитель S7 и, не тратя времени на расспросы и приветствия, скороговоркой сообщает:
– Через десять минут надо закрывать двери! А ещё через десять минут, в 22:59:59 надо взлететь! Надо очень торопиться! У вас же самолёт заправлен до Москвы???
Э-э-э… Что?
С трудом перевариваю информацию. С чего бы наш самолёт был заправлен? Конечно же он не заправлен до Москвы! Нам только на заправку минут десять потребуется, не менее. И на подготовку кабины к полёту те же десять минут, что он будет заправляться. Кроме этого, надо ведь ещё пассажиров посадить, дать им возможность сесть по местам. Погрузить багаж…
Представитель навис над душой, торопит:
– Пассажиры уже здесь. Сажаем?
Оборачиваюсь:
– И есть два трапа и пожарная машина?..
Это меры предосторожности, которые по правилам авиакомпании мы должны обеспечить при заправке самолёта с пассажирами на борту.
– Всё здесь, всё здесь, надо торопиться, аэропорт закроется!
– Маловероятно, что мы успеем.
– Давайте-давайте, надо хотя бы начать руление, а там договоримся с аэропортом!
Да? Договоритесь? Да это же чистейшей воды авантюра! Нереально за десять минут успеть заправить самолёт, оформить бумаги, закрыть двери и начать руление. Не-воз-мож-но! Даже в бодром состоянии экипажа, не говоря о нашем. Рулить в тумане ещё минут пятнадцать минимум! Не сходится математика.
Но что он там сказал – главное, руление начать?.. Что ж, он местный, ему лучше знать. Попробуем успеть. Говорю Стажёру, чтобы тот занялся заправкой и всем прочим, а я подготовлю кабину за себя и за него.
Немецкий перронный агент на чистом английском просит нас доложить диспетчеру о готовности. Гляжу – заправка идёт, надо ещё несколько тонн залить. Минут пять потребуется, не меньше. Уточняю у агента, в своем ли он уме, говоря о готовности, и как вообще насчёт организованности и порядка? Тот отвечает, мол, всё нормально, мы уже заканчиваем, и очень надо, чтобы вы доложили о готовности.
Ну что ж, немцы лучше знают свои орднунги. Они из порядка сделали бренд. Докладываю о готовности.
Офигеваю от происходящего.
Диспетчеру приходится верить мне на слово – в тумане он не видит нашу суету. До часа Х осталось восемь минут, а заправка ещё не закончена… А мы уже дали готовность.
Полный бардак!
– Полный п…ц, – несколько более точно характеризую ситуацию вернувшемуся в кабину Стажёру.
Выхожу на связь с пассажирами, извиняюсь за задержку и честно сообщаю, что, скорее всего, мы никуда сегодня не улетим, так как аэропорт через несколько минут согласно немецкому порядку закрывается. Но мы попробуем!
Кабину я успел приготовить и за себя, и за Стажёра. Зачитываем чек-лист. Внизу тупят и никак не заканчивают заправку.
Через пару минут диспетчер беспокоится: не хотим ли мы начать буксировку? Конечно, хотим, сейчас вот только заправку закончим…
Говорю:
– Пока ещё не готовы, извините.
Диспетчер спрашивает нас, сможем ли мы
Хочется взорваться в возмущении! Представитель и рамп-агент нас за идиотов держат, что ли? Думают, раз мы, русские, любим быструю езду, то помчимся по туману сломя голову?
– В таком случае, – с искренним сочувствием в голосе говорит диспетчер, – мне придётся отменить ваше разрешение. Но вы можете запросить специальное разрешение на вылет после нулей.
Да-да, конечно, и на этом спасибо!
Прибегает представитель:
– Заправка окончена, давайте уже улетайте!
Говорю:
– Камрад, это нереально! Ты опоздал, нам только что отменили разрешение. Теперь надо получать индивидуальное, от властей.
Представитель машет руками: давайте-давайте, закрываемся, сейчас всё будет, главное начать движение! Смотрю на него – очень похоже, что он во власти эффекта туннельного зрения. Нацеленный на желаемый результат, не видит и не слышит ничего.
