Не, это не просто так проветриться. Мы к реке идем.
Ну, к реке - чего еще конкретнее.
То есть как - зачем?!
Да откуда ты такой взялся, что ничего не знаешь про тех, чью форму носишь? Вот дойдем ща до реки - и узнаешь, зачем. А пока приглядись-ка к тому, что Старшая несет.
То есть как кто - Старшая? Да вон же она! И я, наплевав на приличия, тычу лапой в сторону ковыляющей недалеко от нас седой лисицы в стареньком поношенном камуфляже.
Нет, так дело не пойдет… ему же впору лекции для приготовишек слушать… И я потихоньку отстаю, прячусь за спину саблезубой белки, благо и ростом она под два метра, и спина у нее широченная. Я лучше отсюда погляжу и хвост к носу прикину, откуда такие простые прапорщики у нас берутся…
Ага, простые… щаз.
Оригинальные бабочки к нему прилетают…
Смотрю сразу на трех уровнях.
Ой, мамочки… то же самое, что кольцо у сестренки… только у Клавки оно замкнуто, чтобы наружу ничего из него не сочилось, и без особой команды само не активируется - иначе все кругом легли бы высосанными трупами… мы ведь только на внешнем уровне из плоти, а на третьем мы - сплошная информация… вот информацию оно и высасывает…
А еще какая-то такая же штуковина у Клавкиного есть… только я не знаю, как она выглядит.
А этот… самоубийца он, что ли? Уши свои снова выпростал, проводки подцепил… ой, мамочки, так оно же не только высасывает - оно еще и закачивает… Ошизеть…
Хочу!
Нет, это сколько же обо всем и обо всех узнать можно…
Ой, а он так прикольно глазки закатил… прям кончать щаз будет…
Блин, а точняк…
Тоже хочу!
Вот черт… уже река… а я только-только начала разбираться, что там у прапора моего за обмен с фиговиной…
Наставник
Пришли, Старшая!
И как всегда, в нестройной толпе Стражей начинается брожение, и скопище народу вдруг словно по волшебству превращается в ровные квадраты бойцовых бригад. Причем практически трезвых…
Старшая, вы останетесь с нами?
Благодарю вас. Это большая честь для нас.
Мля!
А она что тут делает?
Ее же бригадир порвет!
Поздно. Уже тянется к реке цепочка бригадиров, и несут они в руках лодочки - по лодочке на каждого, кто погиб в этом году, кто развоплощен был Темными, выпит трансформерами, кого не смогли вытащить в лазаретах, кого, уже мертвого, сожгли его товарищи, чтоб не досталось тело врагу, кто умер от старых ран; и медленно ползет цепочка к берегу, и ложатся в холодную темную воду выстроганные бригадирами лодочки, и вспыхивают на них поминальные свечки, и начинают свой путь далеко-далеко… Тяжелый был год, ребята, много было работы - и первые трепещущие огоньки уже к стремнине подтягивает, а у берега еще вспыхивают и вспыхивают новые… вот когда-нибудь и моя лодочка отправится вдаль по стылым водам осенней реки…
Пора и нам, Старшая?
Я веду Леди, бережно поддерживая под сухой старческий локоток. Нельзя спотыкаться - дурная это примета. Нельзя опаздывать - это тоже нехорошо. И спешить нельзя.
Мы успеваем как раз вовремя - последний бригадир легким движением руки отталкивает лодочку от берега и распрямляется, шмыгая носом.
Флакон?!
Флаковиэль?
Потом, потом - сейчас наш черед.
Леди разворачивает платок.
Две?
Почему две?
Кто-то еще?
Я тянусь помочь, но рука Старшей полна нестарческой силы.
Первая лодочка ложится на воду.
Прощай, Коготь…
Коготь? Кривого звали Коготь?
Коготь, кивает Леди и вытягивает палец.
Старшая, не надо!
Поздно.
Вспыхивает, вспыхивает свеча, а седая лисица, посерев, тихо опускается на песок, успевая оттолкнуть лодочку от берега.
Зачем, Старшая? Я мог бы и…
Молчу.
Понимаю.
Она что-то шепчет.
Я наклоняюсь к ней.
Тонкие костистые пальцы бессильно скребут верхнюю пуговицу.
Я расстегиваю ей воротник.
На толстой серебряной цепи - кошачий коготь. Большой такой коготь.
Что?
Да, Старшая… я понял, Старшая… это мне от него и от тебя… да, конечно…
У меня нет слов.
Лисица хрипит у меня на руках.
Что?! Легкая смерть? Как в бою?
Не могу, не могу, не могу…
Там, в Аккумуляторе, бурлят сознания сотен Темных, бродят черные тайны трансформеров. И Старшую - туда?!
Леди хрипит и теребит мой рукав.
Так вот для кого была вторая лодочка…
Старшая уже не хрипит - силы кончаются. Только смотрит на меня требовательно.
Рука сама вытаскивает Аккумулятор.
Нож плавно входит под ребро.
Аккумулятор дрожит, впитывая ту, что была одной из легенд Корпуса.
Отключается.
Я машинально всаживаю его в песок, чтобы стереть кровь, и возвращаю в ножны.
Лодочка…
Нет, рано.
Сзади на плечо ложится рука. Вторая. Чье-то сопение за спиной.
Бригада.
Наверху еще не все поняли, что произошло, но кто-то уже затягивает "Последнюю битву" - значит, разглядел.
Бригада, фронтом к Старшей!
По команде разом - огонь!
С пальцев срываются огненные шары. Тело обугливается, трещат кости, плавится песок… и вот уже ничего, кроме оплавленного неровного куска стекла.
Я опускаю лодочку на воду.
Последнюю в этот День Стража лодочку
Вытягиваю палец.
Легонько отталкиваю от берега.
И сижу на песке, рукавом вытирая мокрое лицо, и смотрю, как мерцающий огонек Старшей догоняет флотилию.
И трогаю торопливо затолканную в нагрудный карман цепь с когтем Кривого. Надо бы разобраться, что за подарок я получил, но потом, потом…
