Или близкородственные какие-то, судя по всему…
Или…
Они что, здесь мутантов выводили?
Шарюсь в рисунках на столе.
Крючковатая вязь подписей внизу листочков.
На листочках - люди. С большими головами - и с маленькими, почти детскими. С ручищами почище сеструхиных, когда она в боевой трансформе - и с шестью жучиными лапками. С клыками покруче графининых, с когтями с ушами-локаторами…
Не тратя времени на перелистывание всей стопы до конца, сгребаю все в сумку - потом, потом разберемся.
И еще комната, и еще, и еще…
Меня уже на взблев пробивает от искалеченных младенцев, от снимков внутриутробного развития мутантов - в человеческой, в человеческой утробе; меня уже плющит от голограмм этих любителей посадюжничать на досуге…
Это хорошо, что мы сюда погостить заглянули.
Очень уж нездоровые у них тут развлекалочки.
Несовместимые с жизнью.
В смысле - с их поганой жизнью.
Насыщенной такой…
А вот этого и следовало ожидать.
Вот кто может жить в комнатах на восьмерых со столом посередке, с гвоздями, загнанными в бетон, взамен вешалок, с порноголо на прокуренных стенках, с пирамидой под стволы в углу?
Прааавильно…
Потому что пулеметные гнезда в стенах - вещь, безусловно, хорошая, надежная, но вот на колеса здешние умельцы их ставить не научились, ключами не снабдили и голосом не наделили.
А что вы думаете?
Эти потрошители сами к своим подопытным приходят и спрашивают ласково, не пожелает ли кто-нибудь из них сегодня до обеда по доброй воле на операционный стол вскарабкаться?
Правильно головами качаете.
Не бывает таких чудес, чтобы в одном месте собралась такая куча отпетых мазохистов.
Поэтому и нужна такая тупая скотинка, которая и за подопытным сходит, и к столу его поможет привязать, и обратно в камеру - или куда там еще у них положено - оттащит, и поесть-попить по камерам разнесет, чтобы рабочий материал раньше времени с голодухи да жажды кони не двинул.
Камеры!
Интересно, наши их нашли?
Иду по коридору, на третьем уровне восприятия оглядываюсь.
Ой, а это что за фигня?
Интересненько, интересненько…
А на четвертом?
Ай, как они дверцу-то запрятали…
Странно - вот отчего им ее прятать?
Разрыв-траву - или универсальное "данунах"?
Ой, да чего заморачиваться!
Упираю палец в потайную дверь, прямо напротив замка - "данунах"!
Мляяяя…
Приплясываю, посасывая отбитый палец.
Ведь знала, дура, что отдача будет - нет, чтобы с расстояния вмазать…
Посасывая?
Брезгливо отплевываюсь - фиг его знает, какая у них тут зараза на стенках может быть.
И так, отплевываясь, просовываю в дверь кусок отодранного пластика.
Кто бы сомневался…
Пластик трясется, клочья летят - пули пытаются вырвать его из рук.
Ай, да надоело с вами возиться…
"Шанах!"
Пулемет испуганно спотыкается на середине длинной очереди.
Влетаю в дверь, качусь зигзагом по коридору, выжигая видеокамеры.
Два пулеметных гнезда пытаются прожевать перекошенные заклинанием патроны.
Да угомонитесь вы!
Выжигаю заодно и их.
За дверями-решетками не слишком многолюдно. Душ так пятнадцать. Замерли. Пытаются понять, кто у них в коридорчике акробатикой занимается.
Так, пациенты.
Кому надоело лечиться - тот свободен. По коридору до выхода - и наружу пока не соваться. Ждать. Освободимся - по домам добросим.
Ох, влепит мне сеструха за самодеятельность…
А там что еще шуршит?
Смотри-ка, еще дверь… не решетчатая, глухая…
Тычу пальцем в дверь и вопросительно поднимаю бровь.
Кто-то из здешних пациентов поднимает два пальца и обводит рукой всех остальных.
Понятно. Двое.
Вот только кто - потрошители, охрана или особо больные?
Ствол наизготовку, палец в район замка - "данунах!"
Нетушки, в этот раз я палец в дверь не упирала… мне один раз на грабли наступить достаточно…
Из-за двери не стреляют, не выпрыгивают - выползают.
Действительно двое.
Один выносит другого.
У того, которого несут, на голове железный шлем… этакий тазик. Хорошо сидит, не падает. Из тазика контакты торчат.
Да уж… все интереснее и интереснее.
Давайте тоже на выход!
Не понимают, что ли?
Во вторую дверь долбятся.
Уговорили, я сегодня добрая. Вот вам вторая дверь. "Данунах!
Тихо за дверями.
Никто наружу не спешит.
Эта парочка засуетилась. Тот, что покрепче, положил мужика с тазиком на пол, в дверь заглядывает. И тут же выскакивает обратно с такой мордой, будто там стая голодных чудищ притаилась.
Беру дверь на прицел.
Чудища!
Ау!
На выход!
Не идут, противные.
Этот лопочет, за рукав тянет к двери.
Ну, если ты мною кого-то угостить хочешь - я тебя точно с этим делом обломаю.
Выставив его перед собой, заглядываю в камеру.
Пусто.
Пожимаю плечами и развожу руками.
У человека в глазах ужас.
Он теребит меня за рукав, тащит обратно.
Ну, тебя сюда не зря для опытов взяли… ты бы все-таки определился, какого тебе от меня надо, чувак…
А тянет он меня в общий коридор, а потом по следам нашей бригады. И влетает в одну из разбитых дверей. Так вот они, сволочи, где вивисекцией занимались…
Столы, блеск хитрой медицинской аппаратуры, выжженные видеокамеры - и пустота…
Извиняйте, гражданин, промахнумшись.
Через пару дверей от меня слышны знакомы голоса.
Вваливаюсь туда в полном боевом, с пациентом на хвосте.
Наши окружили терминал.
Терминал!
