– Просто расскажи мне, что тебе сейчас известно. Будь так добр.
– Добрый – мое второе имя.
Нюбо взял со стола за спиной металлическую палку. Вроде телескопической указки, которыми раньше пользовались учителя, показывая на карте мира Джибути. Нюбо указал ею на запястье жертвы.
– Порезы видишь? Вон там, там и там.
Он переместил указку на бедро. Йеппе наклонился поближе. На каждом запястье и в паху слева на коже зияли порезы шириной в сантиметр, расположенные параллельно друг другу. Всего двенадцать ран – точно вдоль важнейших артерий тела.
– Беттина Хольте истекла кровью. Кроме этих ран, других внешних повреждений я не нашел. Поэтому уже сейчас могу это утверждать с довольно высокой долей вероятности.
– Истекла кровью? – Йеппе изо всех сил старался не слушать, как Фальк разговаривает по телефону. – Разве такое обычно бывает не при самоубийствах, когда себе запястья режут?
– Не в этом случае. Могу тебя заверить: это точно не самоубийство.
Нюбо снова вернул указку на левую руку трупа.
– Видишь красные отметины под мышками? Женщину привязывали широкими ремнями. И за лодыжки тоже. Возможно, и ладони – во всяком случае кожа на них красная. – Он снова переместил указку.
– Почему ладони?
– Чтобы жертва не могла сделать вот так.
Нюбо поднял руку в перчатке, сжал в кулак и пригнул к запястью.
– Кровотечение приостановилось бы. По крайней мере на время.
Нюбо убрал указку и задумчиво прижал палец к подбородку.
– Судя по трупному окоченению, смерть наступила где-то между полуночью и тремя часами утра – к сожалению, из-за того, что она два часа пролежала в фонтане, более точно определить не получится. А еще женщина лежала на спине, когда умирала. Видимо, преступник связал ее, перерезал артерии и дождался, пока она истечет кровью.
Йеппе заметил, что Фальк снова стоит у стола, что-то записывает и, сам того не осознавая, неразборчиво напевает. Непрошеная передышка от музыки, звучавшей в голове у самого Йеппе.
– Преступник наверняка заткнул ей рот кляпом. Или вколол обезболивающее? Иначе она бы кричала, звала на помощь.
– Да, и кричала бы от боли.
Нюбо стал состригать покрытые красным лаком ногти в маленький пакетик.
– Она истекала кровью, и ей было больно. Возможно, не в первые десять-пятнадцать минут, но когда начинают отказывать сердце и другие жизненно важные органы, приходит очень-очень сильная боль. С такими ранами она умерла примерно через полчаса. Смерть наступила бы быстрее, если бы ей перерезали сонную артерию.
– Значит, это произошло не сразу?
Нюбо задумчиво кивнул и закрыл пакетик с ногтями.
– Да, в этом и смысл.
– Ужас! – Йеппе передернуло. – В таком случае преступник точно не вкалывал ей обезболивающее.
– Разумеется, это покажет токсикологическое исследование, но я тоже думаю, что он ничего ей не вкалывал.
Нюбо опустил висящий на лбу фонарь, открыл рот трупа и посветил туда.
– Зубы не повреждены, но ей наверняка воткнули в рот кляп – например, смятый полиэтиленовый пакетик или мягкий мячик. Нетрудно сделать так, чтобы человек не кричал.
Йеппе надолго закрыл глаза и представил себе эту картину. Раздетая и связанная женщина истекает кровью, не может даже закричать от боли, а жизнь медленно ее покидает.
– Есть признаки сексуального насилия?
Прежде чем ответить, Нюбо взял очень длинную ватную палочку, опустил ее в горло женщины и протянул судмедэксперту.
– Явных – нет. Такое вполне вероятно, раз ее нашли обнаженной, но признаков пенетрации и сопротивления, а также семени в полостях нет.
– Ясно. – Йеппе склонился над столом и посмотрел на запястья. – Зачем столько ран? Почему преступник просто не перерезал артерии?
Нюбо обернулся и стал искать что-то на рабочем столе.
– Ага, Кернер, на этот раз ты задал хороший вопрос.
Он поднял к глазам скальпель.
– Этого я не знаю. Для начала хотелось бы понять, чем вообще сделаны эти порезы.
Судмедэксперт приподнял голову трупа, Нюбо сделал разрез на затылке, отложил скальпель и опустил лицо женщины к груди.
Йеппе знал, что следующий этап – вскрытие черепной коробки; мозг вынут и взвесят, разрежут на тонкие пластины и изучат. В конце его поместят в желудок, к другим органам, а кожу зашьют. Черепную коробку заполнят волокнистым материалом и впитывающей бумагой. Если поместить мозг обратно в черепную коробку, есть риск, что во время похорон оттуда начнет сочиться жидкость.
– Дай руку!
Йеппе вытянул руку – она затряслась над трупом без лица, лежавшем на столе.
– Что ты придумал?
Нюбо закатал рукав Йеппе, повернул руку ладонью вверх и прижал к тонкой коже запястья лезвие скальпеля поменьше.
– Вряд ли я смог бы сделать такие симметричные разрезы, как бы ни старался. Даже самым маленьким скальпелем.
Йеппе убрал руку и опустил рукав.
– Другими словами, мы ищем нестандартное орудие убийства.
– Другими словами, да, Кернер. – Нюбо помахал скальпелем, поблескивавшим от яркого света. – Мы ищем нестандартное орудие убийства.
– Мысли о самоубийстве?
Эстер де Лауренти задумалась над вопросом.
