– Ты говорил, что был туман, то есть он вас не видел… наверное.
– То есть ты хочешь сказать, если бы не туман, он бы перестрелял нас всех, как цыплят? – догадался Федор. – И только из-за тумана воздержался? Как версия, имеет право на существование. Объяснение не хуже всякого другого. Продолжая мысль Савелия, могу добавить, что в таком случае он стрелял на звук.
– Ты, Федя, говорил, он хороший охотник…
– То есть мог завалить всех, стреляя на звук? Мог, Савелий, ты прав. Значит, не было у него такой задачи.
– А где теперь его искать? – спросил Зотов.
– Не парься, Савелий, враг не уйдет, – сказал капитан Астахов. – Повяжем. Что у тебя новенького? Как жена, дети?
– Хорошо. Настенька пошла в английскую школу.
– А Герман?
– Герман с Зосей дома.
– Понятно.
– Я знаю, откуда у Устинова костюмы, – сказал Федор. – Я виделся с директрисой школы танцев… Необыкновенная женщина! Устинов попросил разрешения взять на время костюмы, примерно год назад, но до сих пор не вернул.
– Зачем ему костюмы? – спросил Савелий. – Он объяснил?
– Директриса красивая? – спросил капитан Астахов.
– Красивая? – Федор задумался на миг. – По-своему. И личность, что примечательно. Зовут Стелла Гавриловна. Между прочим, приглашает к себе в школу. А Устинов насчет костюмов объяснил. Оказывается, Юлия Бережная и Олеся Ручко попросили провести фотосессию, он отлично фотографирует. Вот вам и ответ, как он заманил их к себе. Помнишь, Савелий, мы это обсуждали?
– Что еще говорит эта личность? – спросил капитан.
– Устинов дарил девушкам игрушки, директрисе подарил хомяка в балетной пачке. Она была очень тронута и даже пошутила: «Это я?» А Устинов ответил: «Да, Стелла Гавриловна, это вы». Был очень серьезен и даже не улыбнулся.
– Так и сказал?
– Так и сказал. Она заплакала, когда узнала об убийствах, назвала его «бедным человеком».
– Она узнала, что он маньяк и убийца, и все-таки «бедный человек»? – поразился Савелий. – Она что, не поверила? Это же ее ученицы!
– Поверила, я думаю. Мне кажется, она имела в виду нечто другое. В смысле, Устинов не знал, что творил. Она очень его хвалила: и фотограф хороший, и чучело косули подарил… и вообще надежный.
– Ага, не знал он! – фыркнул капитан Астахов. – Еще как знал! Что еще?
– Вчера я виделся с бывшей невестой Вадима, Верой Сенцовой. Она рассказала, что бросила Устинова, потому что боялась, он странный и непредсказуемый, потому что больной, и она не хотела от него детей. Когда она его бросила, Устинов целый месяц подстерегал ее около работы, просил вернуться, даже плакал. Но не угрожал.
– Ты думаешь, он поэтому сорвался?
– Возможно, Савелий, это послужило толчком.
– Что за женщина? – заинтересовался капитан.
– Веселая, жизнерадостная, симпатичная. Между прочим, она встречалась с Максимом Устиновым. Недолго, правда.
– С обоими? Сразу?
– Нет, Савелий, по очереди. Сначала Максим пришел к ней познакомиться, сказал, что очень рад, что у брата появилась женщина…
– И она с ним… э-э-э…
– Нет, она с ним «э-э-э», как ты сказал, уже потом, когда ушла от Вадима. То есть я так ее понял. Максим пришел просить, чтобы она вернулась к Вадиму. Вот тогда.
– То есть он пришел просить за брата и…
– …и остался ненадолго. Сенцова говорит, он же мальчишка, ничего серьезного. Он ей очень понравился, хороший, говорит, добрый, открытый мальчик.
– Куда какой хороший, спутался с женщиной брата, – саркастически заметил Астахов. – Не пойму я баб, ничего святого. Он мне сразу не понравился, шустряк.
– Она сказала, что Вадим нарочно искалечил брата, сбил его на мотоцикле, но Максим не держит зла…
– Нарочно? Как это нарочно? Зачем? Это Устинов-младший ей рассказал?
– Нет, это рассказал ей Вадим. То есть он не сказал, что нарочно. Зачем сбил? Можно спросить у Максима. Как я понимаю, у них в семье были очень непростые отношения. Максим рассказывал ей, что Вадим еще в детстве снимал шкуру с убитых животных – дед приучил, что он жестокий. Как видите, младший брат очень переживал за старшего и уговаривал его любимую женщину остаться, но при этом выставлял его в неприглядном свете. А потом и вовсе переспал с ней. Кроме того, Вадим водил Веру Сенцову в лесную сторожку, где она натерпелась страха и чуть не потонула в болоте; ну и какие дети, если он больной?
– То есть ты, Федя, считаешь, что он помешался из-за нее? – спросил Савелий.
– Я не знаю, из-за чего он помешался, да и помешался ли. Может, да, а может, нет. Никто не знает. Вот когда с ним поговорят психиатры, тогда прояснится. Из-за несчастной любви сходили с ума или стрелялись в романах восемнадцатого века, сейчас вроде как-то не принято. Народ на многие вещи стал смотреть сквозь пальцы. И барышни перестали падать в обморок по любому поводу.
– Стреляться из-за несчастной любви? Не дождетесь, – сказал капитан. – Что, так и будем сидеть? Всухую? Что пьем? – обратился он к друзьям.
– Как всегда, – сказал Федор.
– Мне тоже, – сказал Савелий. Он бы с удовольствием заказал сок или минералку, но не хотел отставать от компании.
