– Да, или они нас. Ты знаешь, сколько их там, снаружи? Может, они только и мечтают, как бы кого-нибудь выманить? Нет, работать придется строго внутри стен. Проблема в том, что большинство актеров искренне думают, что «Стеклорезы» – это очередной квест, придуманный руководством для игроков. Пусть думают. Пока что не стоит сеять панику. Будет лучше, если мы вычислим шпиона и избавимся от него по-тихому. Эти люди, которые сидят сейчас взаперти – не считая твоего друга, – актеры, которые действительно появились на базе сравнительно недавно. Один из них вполне мог оказаться шпионом.
– Как мы уже выяснили, это не они. А может, вам просто уволить всех новичков?
– Если мы просто уволим шпиона, на его место может прийти новый. Это во-первых. А во-вторых, в этом случае мы просто ничего не узнаем. Будет лучше, если мы возьмем его тепленьким и разговорим.
– Как? Методом паяльника в жопу? М-м, Танечка, тебе так идет суровость…
– Сима, сейчас не до глупостей.
– Глупостей? То, что у нас было, – это глупость?
Она глядит на меня снисходительно:
– Это часть игры, моя глупенькая девочка.
– И косяки долбить – тоже?
И тут она обращается ко мне по настоящему имени:
– Эвелина Георгиевна! Вы же прекрасно понимаете, что у нас здесь особая Игра с особыми Правилами. Это и делает нас уникальными. И если какая-то информация о том, что здесь на самом деле происходит, просочится наружу, нас очень быстро прикроют. Поэтому шпиона нужно вычислить. Понять, чего на самом деле хотят те, кто его подослал. Возможно, мы сможем договориться с ними по-хорошему. И это будет вашим квестом. Справитесь – получите награду. От меня лично, какую сами захотите. У меня все, Сима. Мы с тобой возвращаемся к нашим ролям.
– Подожди. Последний вопрос. Может, это игроки шалят? Сколько игроков на базе, кроме нас четверых?
Таня думает, стоит ли отвечать. Наконец решается:
– Нисколько. Больше я тебе ничего не скажу.
Нисколько… Вот это неожиданно.
Ухожу от Тани в смятенных чувствах и с таким хаосом в мыслях, что башка вот-вот лопнет.
Одна новость офигительней другой просто. Но самая офигительная – что все это шоу (как выразилась Таня) проводится лишь для нас четверых. И я бы еще поняла, если бы мы за это отвалили каждый по ляму евро. Но билеты нам достались бесплатно, как утверждает Никита!
Что все это значит, кто б мне объяснил.
Я встречаю Викусика, которая мыкается по базе с таким же потерянным видом, как я. Кажется, она плохо спала этой ночью.
– Что нового, наставник? – самым невинным голосом спрашиваю я.
– Ничего, – грустно отвечает она.
– Как дела у мыслителя Ганимеда?
Мне ужасно хочется над ней поиздеваться. Как она издевалась надо мной, сама того не понимая, что в ее случае не является смягчающим обстоятельством. Как таскала меня на вечеринки, чтобы выглядеть на моем фоне еще эффектнее. Как пыталась для смеха знакомить меня со всякими уродами.
– Не знаю, я вчера к нему не попала. – Она старается, чтобы голос звучал сухо и безразлично. Актрисулечка моя!
– А то давай проведу.
– Ты? К нему?
– Да. – Что бы такое сказать, чтоб она сразу все поняла и поверила? А, вот: – Кстати, он и правда хорош. Только сперма горьковата.
Викусик громко, ненатурально ахнула и замерла с открытым ртом. Потом спросила:
– Что?.. Что ты сказала?
– Что слышала. Кстати, он сказал, что по сравнению со мной ты бревно.
Позабыв о своей роли, которую она доселе так старательно отыгрывала, Викусик кидается на меня. А я уже бегу в сторону поста охраны.
Добежав, позволяю себя догнать.
Викусик царапает мне лицо, потом вцепляется в волосы.
К нам уже бежит охранник.
– Нападение на координатора! – кричу я, вырываясь из лап Викусика.
Охранник пытается схватить Викусика за руку и сам отхватывает. После чего переходит в решительное контрнаступление и заламывает моей подруженьке руки за спину.
– В карцер ее! – приказываю я.
И с огромным удовольствием смотрю на то, как воющую Вику уволакивают.
Да, это особая Игра с особыми Правилами. И я очень хочу, чтобы эта Игра никогда не кончалась.
Стоило нам войти в дом, как в кармане завибрировал телефон. Сообщение пришло.
Изольда как раз ушла в уборную.
«Пока вы гуляли, они были в доме. Скорее всего, больше не придут. Не расслабляйся».
Я просто взял и сполз по стене. Так и сидел на полу, глядя в стеклянные глаза висящей напротив африканской маски.
Думал.
Наконец появилась убедительная версия.
Мне пишет один из тех, кто за нами следит. Он знает, что в дом проникли, потому что сам проник вместе с ними. Слышал их разговоры, поэтому знает, что они больше не придут. А почему не придут – понятно. Они искали ее в доме, не поверив, что она могла уйти с нами. И не нашли, понятное дело.
То есть у Изольды среди ее преследователей есть свой человек. Неплохо. А откуда он знает мой номер? Она же и передала.
Но если у Изольды есть этот человек, то зачем ей тогда я?
Пора с ней серьезно поговорить. Мне кажется, я имею право знать правду.
Появился Рустам:
– Слав, пошли обедать? Мы со Светой приготовили. Или скорее ранний ужин…
Вот во время этого обеда-ужина и рвануло так, что мало никому не показалось.
