Произнеся эти слова, она уже не могла остановиться и начала рассказывать ему то, в чем не признавалась никому другому: как скучает по Арджуну, как его письма из военной академии наполняют ее отчаянием в отношении собственного будущего, о том, какое это проклятье для женщины - жить словно заместительницей близнеца-мужчины. Она рассказала даже о мужчинах, которых пыталась ей сосватать мать, о матерях возможных женихов, и как они дергали ее за волосы и рассматривали зубы.
Нил говорил мало, но Манджу поняла, что его молчание вызвано привычной немногословностью. По его лицу сложно было что-либо прочитать из-за густой черной бороды, но Манджу ощущала, что он слушает сочувственно, внимая каждому слову.
- А что насчет тебя? - наконец спросила она. - Ты и правда кинопродюсер?
- Нет! - это слово вырвалось у него словно ругательство. - Нет. Это вообще была не моя идея. Это предложил отец.
Он сказал, что на самом деле хотел заниматься торговлей древесиной, просил разрешить ему работать в семейном предприятии, но отец отказал. Раджкумар предложил ему подумать о чем-нибудь другом, торговля древесиной не каждому подойдет, заявил он, особенно городскому мальчику вроде Нила. Когда Нил начал настаивать, отец выдал ему некоторую сумму и сказал, что он может вернуться, если удвоит капитал. Но как? На этот вопрос Нила Раджкумар ответил: "Да хоть в кино вложи". Нил поймал его на слове и стал искать фильм, в который можно вложить деньги, и не смог найти его в Рангуне. Тогда он решил поехать в Индию.
- И сколько времени ты уже здесь? - спросила Манджу. - И почему не зашел нас проведать? Ты бы мог остановиться у тети Умы, внизу.
Нил неловко почесал бороду.
- Да, - отозвался он, - но знаешь, проблема в том...
- В чем?
- Отец не выносит твою тетю.
- Это неважно, - заявила Манджу. - Твоя мама часто приезжает. Уверена, что твой отец не стал бы возражать, если бы и ты так поступил.
- Может, и нет, но я всё равно не хочу.
- Почему?
- Ну, - Нил снова почесал бороду. - Это было бы неправильно.
- А что в этом неправильного?
- Не знаю, смогу ли объяснить, - он бросил на Манджу сконфуженный взгляд, и она поняла, что Нил пытается подобрать слова, чтобы произнести то, что не решался сказать даже самому себе.
- Продолжай.
- Понимаешь, - сказал он извиняющимся тоном, - просто я единственный, кто на его стороне.
Манджу это поразило.
- Ты о чем?
- Именно так мне кажется, - сказал Нил. - Что я единственный, кто на его стороне. Например, взять моего брата Дину. Мне иногда кажется, что он просто ненавидит папу.
- Почему?
- Может, потому что они совершенно разные.
- А вы с ним похожи?
- Да. По крайней мере, мне бы хотелось так думать.
Он отвернулся от дороги, чтобы ей улыбнуться.
- Не знаю, почему рассказываю тебе всё это, - сказал Нил. - Чувствую себя идиотом.
- Ты не идиот. Я знаю, что ты пытаешься сказать.
Они ехали вперед, в случайном направлении, то по одной улице, то по другой, выезжая задом из тупиковых переулков и разворачиваясь на широких улицах. К тому времени, как Нил ее высадил, уже почти стемнело. Они решили, что будет лучше, если он не станет заходить в дом.
На следующий день они встретились снова, а потом и на следующий. Нил продлил свое пребывание в городе и через месяц послал в Бирму телеграмму.
В один прекрасный день Долли появилась в дверях кабинета Умы.
- Долли? Ты здесь?
- Да. И ты ни за что не поверишь. по какой причине...
Свадьба была похожа на природный катаклизм, меняя всё, что встречала на своем пути. За какие-то несколько дней Ланкасука превратилась в огромную и шумную ярмарочную площадь. На крыше рабочие устанавливали шатер - гигантское сооружение из ткани и бамбука. В тенистом заднем дворе расставила свои палатки и вырыла ямы для костров маленькая армия нанятых поваров. Создавалось впечатление, что в доме проходит карнавал.
Бела, самая юная в доме, в свои пятнадцать была худенькой и застенчивой девочкой, вступившей в неуклюжий период отрочества. Она вела себя то боязливо, то возбужденно, не зная - то ли предаться веселью, то ли спрятаться в постели.
По мере приближения свадьбы в Ланкасуку хлынул водоворот телеграмм, до сей поры редких и обычно с плохими новостями, беспрерывно хлопали двери и ставни. Не проходило ни дня, чтобы Бела не видела взбегающего по лестнице почтальона с розовым конвертом. Арджун должен был прибыть по железной дороге в сопровождении денщика, Кишана Сингха. Долли, Дину и Раджкумар прилетели на два дня раньше на одном из новеньких ДС-3с компании КЛМ.
Радостное возбуждение достигло пика в тот день, когда прибывали гости из Рангуна. К счастью, именно в этот год семья решила купить машину, Ума с братом разделили расходы. Автомобиль доставили как раз в разгар приготовлений, новенький Джоветт, скромные восемь лошадиных сил, модель 1939 года. В дополнение к нему на свадьбе также использовался Деляж Дропхед, который Нил снова взял в аренду у дилера.
