Стеклянный дворец (СИ) полностью

Трое стояли перед ним молча, не шевелясь - все, кроме Анталаники, которая не могла замереть на месте и пыталась сдерживать собственные рефлексы.

"Для неё это почти пытка."

- Вы признаёте свою вину?

- Не знаю.

- Не знаете?

Голос Дану звучал всё в том же бесстрастном тембре, но Декаурон был уверен, что она сбита с толку и не заготовила немедленного ответа.

- В последние несколько десятков часов я не слишком внимательно подходил к задачам самоанализа. Думаю, я виновен и невиновен. Выбирай любой вариант.

- Ваше замечание принято. Я полагаю, что все признаки нарушения приговора очевидны. Анарандэ Декаурон попытался захватить первичную власть над ковчегом. Комиссар Юнара, прошу вас уничтожить Анарандэ Декаурона.

Без всякой мимики, бледной куклой застыла Юэ - её рука сжимала блестящий дезинтегратор. Криво ухмыляясь, сидел в своём кресле Декаурон. Молчал неподвижный Легионер. Лишь глаза Анталаники шевелились, метались бешено, да крутились вокруг её внешние органы, не в силах помочь хозяйке справиться с задачей, решение которой не зависело от быстродействия мозга.

- Комиссар Юнара, вы не собираетесь исполнить свой долг?

Побелевшие губы шевельнулись - раз, другой, не издав ни звука - но в следующее мгновение голосом Юэ зазвучали стены отсека.

- Этот экземпляр полагает, что Анарандэ Декаурон не нарушал приговор Сферы, поскольку добровольно отказался от запрещённых ему деяний и сдал полученные в ходе указанных событий полномочия.

- Мне, как управляющему интеллекту ковчега, хотелось бы получить функционально обязывающие основания для подобного вердикта. В противном случае я буду считать комиссара Юнару утратившей свои полномочия и буду вынуждена принять их исполнение на себя.

Дезинтегратор в руке Юэ не шелохнулся - как и она сама. Декаурон укусил себя за палец, наблюдая за происходящим со смесью любопытства и удивления. Сейчас, отрезанный от внешних интерфейсов, он владел лишь той информацией, которую предоставляли его встроенные органы чувств и такое положение дел уже не казалось ему плохим.

"Во многих знаниях - многие печали, верно? Без паутины знания возникает иллюзия непричастности."

Юэ подняла дезинтегратор. Декаурон улыбнулся.

Комиссар убрала оружие в кобуру и чётко произнесла собственным голосом:

- Анарандэ Декаурон пошутил.

Тишина продолжалась ещё несколько мгновений - а потом весь ковчег зазвенел от искрящегося, светлого смеха.

- Дану?

Декаурон с тревогой глянул на потолок, будто ожидал, что тот растрескается и обнажит чей-то лик.

- Хороший ответ, комиссар Юнара! Мастер, вы оправданы!

- Эээ... Спасибо?

- Не за что. За вами был небольшой должок, так что я тоже решила попробовать... пошутить. Вам понравилось, мастер? Вам ведь понравилось?

***

- Ты в порядке?

- Продезинфицирована. Во всех смыслах.

Тишина. Серое покрывало укрыло родившийся в уголке дворца кусочек зимы. Неровной кистью выбелены фальшивые небеса, снежинки хрупко звенят, касаясь мраморных плит.

- Анарандэ, почему всё так вышло?

- Почему? Почему люди - люди? Законы мироздания не делают скидок.

- Дану нашла их убежище. Тех, кто выжил. Я смотрела: пластиковая коробка в скальной породе. Запасов им хватило едва на год. Люди предпочли умереть от голода, а это - осталось жить...

- Они искупали свою вину.

- Ты готов судить тех, кто умер до твоего рождения?

- Почему нет?

Спина Декаурона согнулась, сам он опёрся ладонями о каменную скамью, глядя в пол. Зыбкое отражение проглянуло среди белых звенящих звёздочек.

- Согласно воспоминаниям Легионера, его эпоха отличалась накалом противостояния между высокоидеологизированными кластерами общества. Эволюция... Люди раскалывались по государственным образованиям, потом государства раздробились на огромные организации, а организации сменились кластерами. Чем-то вроде групп, преследующих схожие цели. Всё закончилось полной атомизацией индивидуальностей, из которой восстала Сфера.

Юэ бросила в его сторону острый взгляд, но Декаурон продолжал глядеть на самого себя и косматое небо, в котором тонуло его лицо.

- Легионер застал те времена, когда Федеральная гиперсеть ещё пыталась удержать процесс под контролем, но уже не могла воздействовать силой на каждый кластер. Человечество искало новые пути и решения: некоторые полагали, что нашли самые подходящие.

Он фыркнул, имитируя презрение. Подставил под снег ладонь.