Через несколько часов его терпение было вознаграждено. Он увидел мерцание: другой астероид, на расстоянии черт-знает-скольких-миллионов миль. Сгодится. Он скормил синтез-ячейке немного льда и начал двигаться. Движение было медленным, но природа ускорения такова, что постепенно оно нарастает. Взяв курс на мерцающий огонёк и трудясь над выбросами газа, словно кочегар перед топкой, он поначалу ускорялся медленно. Однако ему ничто не преграждало дорогу, и он потихоньку подталкивал себя дальше. Путь предстоял долгий, но у него было много времени. Не вечность, конечно, и всё-таки достаточно. Достаточно. Или слишком много!
Диана Аржан
Ева Аржан
Яго
Берфезен
Доминико Деньо
Чен Ир
Д’Арч
Карна
Лерон
Мантолини
Олдорандо
Пун Си
Сафо
Сон-гиль
Тапанат
Тигрис
Фабер
Инспектор Халкиопулу
Младший инспектор Зариан
Мисс Джоуд
Стеклянный Джек
За месяц до своего шестнадцатилетия Диана сделалась участницей всамделишной детективной истории. Это было просто
Случилось всё так: они с Евой спустились на Коркуру[16], чтобы провести оставшийся до дня рождения месяц в нормальном тяготении, вроде как заново привыкнуть к Земле. Позже, вспоминая об этом путешествии, она всегда связывала своё совершеннолетие с таинственной смертью слуги. Неразгаданная загадка! А кто лучше неё умел разгадывать загадки? (Никто! Её способность разгадывать загадки неподражаема: интуитивна, человечна, хаосологична – её для этого зачали и взрастили.) Ева велела ей поостеречься, сказала, что это может быть опасно и лучше пусть власти сами разбираются, бла-бла-бла. Ева просто струсила: у Диа были телохранители, чтобы за всем приглядывать, и Яго, чтобы помогать, и вообще. У неё день рождения. У неё совсем скоро день рождения.
Спускались они, как обычно, на плазмазере, который всё время покачивался, так что внутри всё слипалось; постепенно нарастал ужас – какая тяжесть, господи боже. Когда буду старше, решила она, стану путешествовать на шлюпе, чтобы можно было во время входа в плотные слои атмосферы смотреть в иллюминатор и любоваться полыхающим разноцветьем, будто витражом. Шлюпы взмывают ввысь, а когда возвращаются, то просто падают: что-то в идее свободного падения сквозь бескрайний океан горячего воздуха волновало её. Но пока что она была в капсуле плазмазера, которая медленно ползла вниз, и даже не смогла поглядеть на капсулу-противовес, что шла наверх, поскольку в момент встречи окно затянуло плотным туманом.
Впрочем, ладно: они сошли на землю где-то посреди Туркии, и начался утомительный перелет к острову на флаере-прыгуне. МОГмочки практически прибрали Коркуру к рукам ещё до того, как родились сёстры; Диана и Ева нередко проводили там время. На этот раз их ждал отпуск, их ждал отдых, и подготовка к шестнадцатому дню рождения Диа, разумеется; однако в то же время МОГмочки в весьма жесткой форме напомнили им о том, что воздействие земной силы тяжести – пусть даже недолгое – это очень полезная вещь, если вдруг кое-кто забыл. Вообще-то обе МОГмочки сильно злились, потому что сёстры совсем забросили упражнения. «Три часа в центрифуге каждый день, минимум, – говорили они, повторяли по миллиарду раз в час. –
Конечно, из этих двенадцати Диа хорошо знала только телохранителей. С личными охранниками отношения всегда складывались тесные: это были Доминико Деньо и Чен Ир (разумеется) и Берфезен, новенький. А он в целом был ничего. Она также знала Яго, конечно, – Яго с его старомодными манерами и безупречными нарядами. Яго, впрочем, не был телохранителем. Он был кем-то другим: наполовину слугой, наполовину настоящим человеком. Диа произносила его имя «Йа-гО», Ева – «ЙА-го», а он с улыбкой отказывался объяснить, как правильно. Наверное, не так и не этак. Были ещё другие, чьи имена Диа подсказывал бИт: Мантолини, Олдорандо, Пун Си и Сафо, Сон-гиль, Тапанат, Тигрис и Фабер. Восемь лакеев, до такой степени накачанных КРФ, что Диа и Ева были для них любимейшими существами во всей Системе с её солнечными ветерками и астероидными дождиками.
