Стеклянный Джек полностью

– Садись-ка. Ты всё время стоишь, как столб! Это ведь позёрство, знаешь ли. Остальным ведь приходится сидеть. И тебе бы стоило.

– Стоит ли обвинять меня в наличии необыкновенно сильных и здоровых ног? – сказал Яго, и в его глазах мелькнул огонёк. Но он всё-таки сел на песок, скрестив ноги. Теперь они оказались на одном уровне – так-то лучше.

– Полицейские считают, что убийца – кто-то из слуг, – сказала Диа. – Как и ты.

– Я?

– Ну еще бы! Это самое очевидное и правдоподобное заключение. Но, возможно, интереснее узнать не «кто», а «почему». И в этой истории много «почему». К примеру: почему убийцей обязательно должен оказаться самый очевидный кандидат? С тем же успехом можно утверждать, что это дворецкий.

– Несомненно, мисс.

– А вот и нет… вовсе нет. Всё гораздо интереснее. Поверь мне, я в этом кое-что смыслю. Мне нет равных! И не вспоминай про Анну Тонкс Ю из знаменитой семьи Ю, она мой противник, мой смертельный и заклятый враг. Не произноси её имя!

– Оно никогда не слетит с моих губ, мисс. Я всего лишь хотел заметить, что сейчас мы не в Идеальном Дворце.

– Ты считаешь, разгадка банальна и очевидна, да? – спросила она.

– Я просто думаю, что реальная жизнь вовсе не так… сюжетно замысловата, как детективный квест, созданный специально для ИДа. Методом исключения, учитывая тот факт, что посторонних в доме не было, – и отринув теорию о том, что Стеклянный Джек магическим образом телепортировался прямо в кладовую, – мы приходим к выводу, что убийца уже находился внутри. В доме пребывали двадцать слуг, и никого, кроме них. С практической точки зрения, всё могло случиться очень просто. Кто-то из них попросил Лерона зайти в кладовую в дальней части дома. Под каким-нибудь предлогом… например, чтобы взять оттуда какой-нибудь прибор.

– Или под предлогом полового акта, – сказала Диана. Ей нравилось смущать Яго такими маленькими непристойностями. Он был весь такой чопорный и правильный!

– Не исключено, – сказал Яго с мрачным видом и прочистил горло. – Так или иначе, мы можем представить себе, как он направился в кладовую, на место преступления. Но потом перед нами возникают проблемы. Удар, которым он был убит, нанесли спереди. – Яго коснулся собственного высокого лба у линии роста волос. – Рабочий конец молота стукнул его прямо посередине. Как значится в материалах вскрытия – они есть у вас в бИте, – у него в носу обнаружили щепку из деревянной рукояти.

– Ой-ой-ой, – протянула она со скучающим видом.

– Конечно, щепки в носу, – продолжил Яго, – его вряд ли волновали. В самом деле, к тому моменту, когда удар был завершен и состоялось то, что мы обсуждаем… собственно, ему уже нечем было волноваться. Если вы понимаете, о чём я.

– Если ты пытаешься шокировать меня ужасными подробностями совершённого насильища, – сказала ему Диана, – тебе придётся как следует попотеть.

– Я вот что хочу сказать: молоток тяжёлый. Лерон стоял перед своим убийцей, смотрел ему прямо в глаза. Стоял и смотрел, пока тот поднимал молот и опускал прямо ему на лицо. Почему? Почему он не увернулся?

Почему не скрутил нападающего? Почему ничего не сделал, а просто пучил глазенапы?

– Вот так словечко, – сказала Диана. – Ну хорошо, задал ты мне загадку. И есть ещё одна сложность. О которой, многомудрый Яго, ты уже как-то говорил.

– Да, мисс?

– Все девятнадцать подозреваемых прибыли сюда в то же самое время, что и мы с Евой. Большинство из них раньше и не ступали на поверхность Земли! Ты видел, на кого они были похожи, когда высыпали из дома для прислуги, – шатались и спотыкались, еле-еле двигались. Ни один из них еще даже не начал привыкать к земной силе тяжести. Как же кто-то из них сумел поднять тот тяжелый молот? Я уж не говорю о том, что его надо было опустить с такой силой и точностью, чтобы размозжить бедолаге Лерою башку.

– Лерону, – сказал Яго. – Вы считаете, это доказывает невиновность всех слуг?

– Лерону, конечно. Да, я так считаю. Их физическая немощь и тот факт, что они прошли строгий отбор, ради всего на свете! Этих слуг отбирали вручную; они прошли через больше фильтров, психологических проверок и тестов, чем кто бы то ни было во всей Системе. Как же мог убийца проскочить через такое сито? Я спрашиваю без подвоха, совершенно искренне и серьёзно: как мог человек, у которого в досье всякое насилие, а в голове – мысли об убийстве, стать личным слугой Евы… или моим?

– На этот вопрос сложно ответить, – согласился Яго.

– Я уж не говорю про то, что все наши слуги по уши накачаны препаратами, повышающими верность. Мы строжайшим образом проверяем их физическое и психическое состояние. Ты же сам принимал в этом участие. Ведь мои МОГмочки лично назначают слуг, правда? В смысле наших с Евой лакеев?

– Именно так, – сказал Яго. – Я сам был посредником между проверяющей комиссией и вашими родителями, мисс.

– Ты всё это делал сам и все равно продолжаешь думать, будто один из них убийца!

Яго посмотрел на неё и опустил взгляд.

Диана не унималась: