Сидя у огня, Биллендон уничтожал приготовленную Зверенышем яичницу с ветчиной. На приветствие отозвался обычным приятельским кивком и не задал ни одного вопроса, хотя Рей выглядел довольно жалко. Звереныш, подскочив, принялся обирать с его одежды пыль, обломки веток, затем метнулся к очагу - приготовить новую порцию, пока Рей отмывает покрытые ссадинами пальцы. - Биллендон, - сказал Рей, садясь, - вы не пробовали вышибить дверь? Биллендон мигом понял, о чем идет речь. - Та-ак! - проговорил он, переставая жевать. - Ну, и что скажет теория? - Я бил в нее ломиком, - отпечал Рей, - а вы, конечно, лупили кувалдой? - Поднимай выше - бревном! - сказал Биллендон уже хмуро. - И что? - А то же самое!.. Я форменный таран соорудил, дубасил что есть силы - и ни звука, как в вату!.. Ну, а потом, конечно, пригляделся, понял, что к двери вообще нельзя притронуться: как ни старайся, остается зазор... - Да, примерно в микрон... - Если бы это было какое-нибудь прозрачное покрытие, пускай прочнее прочного, она все равно у меня гремела бы - будь здоров!.. Но это что-то другое. - И как вы себе объясняете?.. Биллендон ухмыльнулся. - Себе? Очень просто. Ты слыхал, как называют этот дом? Говорят, иногда появляются тут призраки. Короче, дверь заколдованная. Понял? Годится? - Докопаемся, - сказал Рей. - Трансформатор и кусок кабеля - это для начала... Биллендон только рукой махнул. - Делай что хочешь. Но, чур, не болтать!.. Они принялись за кофе.
***
Так начался в городке за холмами этот богатый событиями день. Вскоре Биллендон и Рей засели за работу, а немного погодя в мастерскую наведался первый посетитель.
Глава 2
- Господин Биллендон, - послышался из прихожей дребезжащий неуверенный голос, - прошу вас, не сердитесь, я по делу. - Уж знаем, по какому, - угрюмо отвечал Биллендон. - Догадываетесь, следовало бы сказать, - уточнил дребезжащий голос, к которому Рей прислушивался с угрюмой досадой. - Поговорим об этом после. Скажите, у вас не было писем для меня? - Писем?! - Виноват, забыл предупредить... Мне пришлось дать для своей корреспонденции ваш адрес: вы же знаете, что у меня больше нет адреса!.. Надеюсь, это вас не оскорбляет? - Не убудет меня, - отвечал Биллендон. - Я знал, что вы так ответите! Не сочтите за лесть, вы пользуетесь чрезвычайным моим уважением и доверием, только поэтому я разрешил себе такую вольность!.. Я жду письма, очень важного, от человека, к которому вынужден был обратиться, поскольку сам не в состоянии - не достает сил и ума.., от человека, который сможет выручить всех нас.., если захочет! Но писем, вы говорите, не было, и обо мне никто не спрашивал, нет? С этим покончено. Теперь о том, на что вы соблаговолили намекнуть. Могу предложить сделку, которая пойдет на пользу нам обоим. - Вам-то она все равно пойдет во вред, - сказал Биллендон. - Чего зря язык мозолить? Берите на выпивку и дело с концом! - Честь, - был ответ, - не дозволяет мне брать денег даром! - Ладно, - с досадой сказал Биллендон, - входите уж, что в дверях-то торчать! - Покорнейше благодарю! С этими словами в дверь мастерской стремительно зашмыгнул г-н Аусель, но, боже мой, в каком виде! Кто из знакомых смог бы его опознать? Красноглазый, оборванный, поджарый, он не пригодился бы даже на роль своей собственной тени. Рей поднялся навстречу, г-н Аусель не удостоил мальчишку взглядом. - Привет мой здешним ларам! - возгласил он, уставившись на химер камина и, должно быть, цитируя какого-то классика. - О казнь души моей! провыл он, увидав себя в зеркале. - Исчадие, удались! - последние слова относились к Зверенышу, подкатившемуся к его ногам. Г-н Аусель попытался прогнать его щелчком. - Не бойтесь, - сказал Рей, - не укусит! - Призраки... - задумчиво пробормотал на это г-н Аусель. - Умолкни, иллюзия! - обратился он к Рею. Металлическая шерстка Звереныша поднялась дыбом, из лапок выдвинулись щеточки-метелки, рыльце со свистом потянуло воздух, возвращая одежде г-на Ауселя позабытую чистоту. Даже острый запах гари, почему-то от него исходивший, заметно пошел на убыль. - Благороднейший призрак, я не стою твоего внимания, - растроганным тоном сообщил Зверенышу г-н Аусель. - Пред тобою - ничтожество!.. Перст божий почил па нем, и вот, нищи наг, - лицо его прежалостно исказилось, на гноище сидит он, являя недостойный подражания пример!.. А ведь я знал... - и что же? Легкомыслием, преступным легкомыслием... Что будет с этими людьми, что ждет их теперь?.. И того, кто заточен... - Будет вам, - прервал его речь Биллендон. - Давайте-ка к делу! - Это ли не дело? - возразил с горячностью г-н Аусель. - Я обязан преподать урок, дабы... - Да помнят тут ваши уроки, от зубов отскакиваем - сказал Биллендон, не подозревая, насколько он прав...
***
