Свой тайный обход гостиницы он начал с вестибюля, где не обнаружил ничего стоющего. А затем совершил ошибку. Призраком, обутым в носки, прокрался он в коридор второго этажа, погруженный в непроницаемую темноту, с намерением подслушивать у дверей, которых тут не могло быть много: бельэтаж состоял из апартаментов наивысшего класса. Вдруг над самой его головой прогремел грубый голос: - Куда? Стой! Коридор залился ярким светом. Пути назад не было: телохранитель горилла! - загородил выход. Он стоял на ковровой дорожке, широко расставив ноги, ухмыляясь и почти что тыча глушителем пистолета в нос потенциальному покушенцу. Лягнуть по пистолету репортер не рискнул, выхватить свой наркологический - тоже: верная пуля!.. Он сделал вид, будто смирился, но успел небрежно и неторопливо нажать кнопку мини-микрофона. - Хотел взять у вас интервью, - сказал он монументальному телохранителю. - Сейчас я тебя препровожу, - проревел тот, - и сам.., проинтервирую, прах тебя побери! - Репортер отметил, что говорит он с акцентом, несмотря на свой внушительный словарный запас. - Господин журналист, вероятно, желал навестить даму? - послышался еще один голос, тихий и ласковый: г-н сыщик был уже тут со своей книжечкой и карандашиком. - Не откажите сообщить ваше имя, звание, место службы и домашний адрес, - произнес он в подражание Дамло. - Вы явились согласно предварительной договоренности? Репортеру стало весело. - Разве ваше дело - предотвратить? - спросил он. - Ваше дело застигнуть! - А это не ваше дело, - отвечал сыщик сухо, - Подумайте, понравится ли его превосходительству ваша фотография в носках на фоне этой двери! Репортер прыснул. - Подрабатываете шантажом? - спросил он с насмешкой. - А если разговор наш записан на пленку? Спросите, как понравится это ее превосходительству! - Он досадовал на себя: о приезде дамы ему уже было известно, сам передал сообщение для хроники, мог бы сообразить, что входить в этот коридор неосмотрительно. Пустая задержка, однако и из нее, пожалуй, можно будет извлечь кое-что! - Я у вас в руках, покоряюсь! - Тон его был откровенно издевательским. - Студия? Ваш корреспондент задержан при... - Стойте! - отчаянно завопил сыщик. - Скандал выйдет! А наше дело избежать всякого скандала, верно же? Подумайте сами, кому это может пойти на пользу? - А сами о чем думали? Захотели развлечься? Ты, образина, убери пистолет: носу щекотно! - пистолет опустился. - Студия? Сообщение пока откладывается. Но не прерывайте связи! - Держись, мальчик! - послышался ответный писк. Сыщик захлопнул блокнотик. - Так-то лучше, по-дружески, по-свойски!.. - уныло пробубнил он. - Не думайте, что откупились - сказал репортер. - Есть у вас сведения о людях, тайно проживающих в гостинице? - Нет, - ответил сыщик. - Ничего не слыхал! А что? Он весь горел любопытством. "Не врет", - понял репортер. Зато телохранитель, посопев, вдруг взревел: - Не советую! - Что-что?! - Не советую интересоваться! - Повторите сюда! - репортер протянул микрофон. - И не подумаю!.. - телохранитель поспешно отступил. - Вам же хуже, если нарветесь! - Вот как? - пламень восторга засиял в востреньких глазках сыщика. Господин журналист... - Спокойной ночи, - сказал репортер. На площадке он затаился, выждал. Нет: сыщик не рискнул-таки за ним последовать. Он твердо теперь знал, что поиски не будут напрасны.
***
Оператор слонялся возле гостиницы, добросовестнейшим образом следя за окнами. В узеньких улочках густела мгла. То зябкая оторопь его одолевала, то зевота, но сонливость словно испарилась, когда понадобилось вскинуть снабженную телеобъективом камеру: в одном из окон третьего этажа вспыхнул свет. Чуть погодя осветились еще два окна - на пятом. "Работает, чертушка!" - участливо подумал оператор. И он был прав.
***
