– Вот и замечательно! Я пошла!
– Как, уже?
– Римушка, дорогой, я просидела тут полчаса!
– У Виктории полно дел? – улыбнулся Рим.
– Ну конечно! Золотой ты мой! Вот тебе рулет, я побежала!
Рим не успел ничего ответить, даже поблагодарить. Рулеты, в изготовлении Вики, просто восхитительны!
А Вика уже летела по коридору, приближаясь к лестнице. Внезапно, перед самым её носом возникла нервная стервоза из аэропорта! Вот-те новости! Что она тут делает?
То же самое подумала и Карина Львовна, но тут же поняла. Она здесь лежит! Вот почему такая! Липутина шарахнулась в сторону.
– А-а-а! А! – выпучила глаза Вика и высунула язык. – Вот ты и попалась мне!
Вика цыкнула, Липутина присела от страха.
– Ещё раз встречу, – Вика нежно взяла Карину Львовну за ухо, – убью!
Спокойно так сказала и, стремглав, ринулась вниз по лестнице.
– Топ, топ, топ, – мягко прошлёпали больничные тапочки. Карина Львовна едва пришла в себя. С такими вот людьми лежит её дочка? Ужас! Просто кошмар какой-то!
– Тук, тук!
Рим неохотно поднялся и открыл.
– Рим Николаевич! Рим Николаевич! – бегом заскочила внутрь Липутина и закрыла за собой дверь.
– Что вы тут делаете? Кто вас пропустил?
– Я, я зашла вместе со студентами.
– Вы понимаете, Карина Львовна, как это опасно?
– Д-д-да, – продрожала Липутина, – теперь понимаю!
– Раз уж вы попали сюда, спрашивайте. Только у меня мало времени, студенты уже поднялись наверх?
– Я не займу много времени. Мне только хочется узнать, когда меня пустите к дочери?
– Да хоть сейчас! – принял решение Рим. Кто знает, может быть, при матери Эвелина что-нибудь да скажет? Даст хоть маленькую зацепочку!
– Снимите, пожалуйста, серьги!
– Для чего?
– И кольца.
Ларина Львовна поняла и подчинилась.
– Пойдёмте.
Липутина сжалась в комочек и засеменила вслед за доктором.
– Не выказывайте страха, – через плечо проинструктировал Любимов. – Больные этого не любят.
Для него это было обычной рекомендацией, которую он давал студентам в отделении. Но для Карины Львовны? После этих слов ей захотелось развернуться на сто восемьдесят градусов и рвануться куда подальше! Карина Львовна остановилась, но, вспомнив о психопатке, ожидающей её на лестнице, похолодела и последовала за врачом. Каждая клеточка трепетала в ней. Сколько ещё идти?
К счастью, никто не попадался навстречу. От сердца немного отлегло. Они проходили мимо столовой, Рим уже повернул в коридор, а Липутина запуталась в дрожащих собственных ногах.
– Когда б имел златые горы!!! – проорали ей в самое ухо. Карина Львовна вздрогнула и замерла на месте. Она зажмурила глаза от ужаса и не шелохнулась. Кто-то, мягко так, взял её за веки и раскрыл их. На Липутину с любопытством смотрела полуседая женщина с толстой косой, перекинутой через плечо кпереди.
– Вам плохо? – участливо спросила она.
Карина Львовна онемела, вот сейчас – перережет горло!
– Марина! – строго окрикнул Рим. – Не приставай!
Марина отошла в сторону и спросила:
– А это новенькая?
– Иди, иди, Марина, занимайся!
– Вот, уж и спросить нельзя! – Марина надула щёки и на прощание, что есть силы, дунула в лицо Липутиной.
– Д-д-долго ещё идти? – заикалась Карина Львовна. – А, Рим Николаевич?
– Да вы не бойтесь! Марина просто дурачится, она – спокойная девушка.
Ничего себе, девушка!
– Вот мы и пришли.
Они остановились перед сплошной дверью, в отличие от других, стеклянных. Рим достал связку ключей и открыл замок.
Если в коридоре спокойно ходят – такие, тогда – кто под замком? Карина Львовна ещё раз перепугалась и за себя, и за дочь.
А напрасно! В одноместной палате, кроме единственной кровати и прикрученного к полу столика, да стула, укреплённого прямо у изголовья койки, ничего не было.
Эвелина сидела на кровати. Её волосы были заплетены в косу, взгляд отсутствовал.
– Линочка! – рванулась к дочери Карина Львовна.
– Ты.
– Я, конечно же, я!
– Зачем ты тут? – отстранённо сказала Эвелина гулким голосом. – Что надо?
– Доченька, прости меня! – запричитала Липутина, обняв Эвелину.
– Да уйди ты отсюда! – оттолкнулась больная. – Какая я тебе дочь? Чего пристала?
– Как? Ты не узнаешь меня? – разрыдалась мать.
– Уберите, кто-нибудь, её от меня! – закричала Эвелина. – Быстрее уберите, она меня задушит!!!
Рим быстро подхватил Карину Львовну и вывел из палаты, дверь автоматически захлопнулась на замок.
Неожиданный эксперимент не принес желаемого результата. Рима ещё больнее кольнула мысль о поражении. Гибла не только его безупречная теория, но и несчастная девушка. Её-то ожидала шоковая терапия!
Но переживания отвергнутой матери, конечно же, не шли ни в какое сравнение с грустными мыслями врача.
Карина Львовна ничего не помнила, как в тумане она прошла на улицу, села в автобус и доехала до конечной остановки, забыв про свою. Она решила больше никогда не ходить в психушку!
Никогда!!!
Виктории же, нравилась обстановка замкнутого стационара. Люди тут все знакомые, лежат подолгу, все друг друга знают, приходишь сюда и отдыхаешь от сумасшедшего мира. Всё так спокойно, размеренно. Как врач Рим, вообще, гений, он только не знает об этом, да и не надо, а то загордится!
