«Хочу похудеть, чтобы хорошо себя чувствовать»,- это фигня мотив. Вы и толстый хорошо себя чувствуете. При своих 180см на 95 кг я замечательно себя чувствовал, при выраженном пузе это еще даже ожирением не считается. У девушки весом 100кг на 170см тоже нормальное самочувствие, при том, что это уже явное ожирение. «Хорошо чувствовать» это дериват «забочусь о здоровье». «Забочусь о здоровье» это дериват «боюсь заболеть». «Боюсь заболеть» это дериват «не хочу умирать». Человек не беспокоится о своей смерти, пока не начнет умирать. Где-то до II стадии ожирения (а это сильно за сотню) вообще почти никто и никогда никаких неприятных ощущений не имеет. Ну одышка при физ.нагрузках, ну и что? Если я не копаю траншеи и фуры не разгружаю, то какие проблемы? При сидячей работе физнагрузок все равно нет, а те, что есть,- их без проблем можно избежать. При ИМТ за 25 у человека уже совершенно явственные жировые отложения, хотя это все еще границы нормы, это даже потенциально не опасно для здоровья. Это все косметический дефект, и упирается в стандарты красоты, которые меняются век от века, хотя люди остаются как были. М.Монро была богиня, а когда Б.Спирз и К.Агилера приобрели ее формы, их осмеяли и вышибли из бизнеса. Человека с ожирением не останавливает, даже когда он реально заболеет, потому что диабет, гипертония, гиповентиляция и сердечная недостаточность подползают долго и медленно, и действительно субъективно пугающие формы принимают, когда пошла финишная прямая, чего уж там говорить про какие-то абстрактные и удаленные риски здоровья. Люди не очень воспринимают вещи, которые не маячат прямо перед их носом. Человек пугается за свое здоровье, когда начинает думать, что вот-вот помрет. Среди ипохондриков редко встретишь толстяков, именно по этой причине. Панические атаки абсолютно безопасны для здоровья, но сопровождаются страхом смерти, поэтому человек отдаст любые деньги, чтобы от них избавиться. Ожирение очень опасно для здоровья, но люди даже не пошевелятся, потому что никакими пугающими изменениями самочувствия это не сопровождается. Можно до бесконечности говорить себе,- «сяду на диету ради здорового образа жизни», но вы в это все равно не поверите. мотивация не щелкнет и цикл подкрепления не запустится.
Тут лирическое отступление. Что человек при этом себе проговаривает,- это совершенно не важно. У вербального внутреннего монолога, который мы ведем, и который обычно принимаем за свое мышление,- функциональная нагрузка все равно околонулевая. Поэтому то, что вы там себе внутри говорите,- это не только никому прочему не интересно, это даже вам не интересно. Ваша психика это сложная, безумно элегантная и абсолютно рационально и функционально устроенная конструкция, без точнейшего баланса и калибровки она мгновенно теряет устойчивость и работоспособность. Если бы содержимое словесного потока имело значение, мы бы просто не умели думать всякую хрень, наши мысли ходили бы ровно и точно с холодным шелестом, поблескивая хромированными гранями. Как это все психические процессы и делают. И когнитивная сфера, между прочим, тоже это делает. Когда речь об исполнении ее прямых служебных обязанностей, то бишь обеспечении социальных нужд, - это штык-нож, это воплощенная совершенная рациональность, когнитивная функция полностью исполняет эволюционно возложенные на нее задачи. А то, что вы на привале штык-ножом в зубах ковыряете,- это ваше личное дело. И то, что инструмент оказался настолько эффективен, что теперь большую часть времени мы проводим на привале, и в деле ковыряния ножом в зубах достигли небывалой искусности, и теперь думаем, что вся наша жизнь привал, а штык-нож выдан в качестве зубочистки,- это тоже наши личные проблемы. Это не имеет никакого отношения к реальности. Конец лирического отступления.
