Но вот что Данбар действительно полезного и интересного сделал,- это разбор иерархии отношений (собственно говоря, он скорее популяризовал, ну да неважно). Статья от 2012, вызвавшая живое обсуждение «Relationships and the social brain». Говорится о том, что вокруг человека, как вокруг ядра газового гиганта, накручено множество «отношенческих» слоев с разной силой притяжения, связности и эмоциональной вовлеченности. Первый уровень,- это самые близкие люди, обычно это брачные партнеры, родители/дети, пара лучших друзей, - это очень малая группа, до 5 человек, с которыми человек находится в сверх-интенсивных, глубоких и сильных связях. Ближайшие люди, которым человек абсолютно доверяет, которым в любой момент готов оказать любую поддержку и от которых, в свою очередь, ожидает такой же безоговорочной помощи. Это максимальная степень эмпатической вовлеченности, на этом уровне горести и радости, достижения и провалы близких переживаются как свои собственные. Это такое «Я», продленное в других. Следующий уровень,- группа симпатии. До 15 человек постоянного круга общения, - как правило друзья и родственники. Люди, которых мы любим, с которым мы регулярно общаемся, ходим в гости, может попросить посидеть с ребенком или занять им крупную сумму денег. Следующий слой- аффинная связность, до 50 человек. Приятели, добрые знакомые, коллеги и сослуживцы, не близкие родичи, соседи и все прочие, с которыми мы состоим в добрых отношениях, но это уже не прямая эмоциональная вовлеченность, это скорее взаимовыгодное кооперативное поведение с высоким уровнем доверия. Ну и последний слой, который человек относит к «своим» это 150 или около того человек, которые все вместе собираются в «эгоцентричную социальную сеть», в small world, в социальный микрокосм, в котором человек живет.
Каждый шаг утраивает объем 5-15-50-150. Можно при желании найти какие-то косвенные свидетельства в пользу этих «трех шагов». В другом исследовании утверждалось, что 75% пар знакомятся «в общей компании» с уровнем связности до «друзья друзей друзей», то есть те же 150 или около того человек. Еще в одном исследовании, совсем на другую тему, рассматривались механизмы взаимного влияния. Людям выдавали определенную сумму денег и предлагалось выполнить ряд заданий, при этом конечное вознаграждение сильно зависело от поведения всей группы, но каждый отдельный человек не знал, как ведет себя вся группа, он знал только про одного ближайшего соседа. При этом свои начальные деньги он мог вложить в общее благо (с вероятностью в результате как больше выиграть, но и проиграть, в зависимости от поведения остальных участников), мог оставить при себе и мог оплатить денежное наказание соседа, если обнаружил, что тот ведет себя недостаточно кооперативно. Каждый раунд «информированные соседи» менялись, то есть участник на каждом этапе был информирован о решениях только одного члена группы (и наоборот). И что выяснилось? Там много чего интересного выяснилось, но нам сейчас важен один момент,- каждое сильное принятое решение влияло на дальнейшее поведение соседей, которые влияли на решения уже своих следующих соседей. То есть получались такие социальные круги по воде. Причем что важно, это влияние достоверно прослеживалось на 3х участников по затухающей, после чего окончательно сливалось со статистическим шумом. То есть у нас опять 3 «рукопожатия».
Между тем, я не вижу особого смысла в особом выделении именно 150 человек. Это просто падение градиента социально связности, ничего принципиально интересного на этом уровне не происходит. От группы «внутреннего круга» к группе симпатий, от 5 к 15,- там происходит. От 15 к 50 тоже происходит. А дальше уже идет постепенное падение эмоциональной значимости и частоты неформальных взаимодействий.
И что важно? В какой-то момент группа начинает спонтанно выстраиваться в иерархию. Вот на уровне близких и дружеских связей в ней нужды нет,- все прекрасно работает на личных симпатиях, личном доверии и персонально окрашенных чувствах. Но по мере того, как эмпатическая связность падает, степень доверия снижается, начинают звучать личные эгоистические мотивы,- возникает нужда в дополнительных способах кооперации, и тогда возникает иерархия и появляются лидеры, в начале неформальные, а затем, по мере роста группы до 500, 1000 и более, когда в социальное поведение вовлекается множество незнакомых и никак друг с другом не связанных людей, - уже и формальное лидерство.
У Guastello есть множество работ по моделированию группового поведения. Напр. «A swallowtail catastrophe model for the emergence of leadership in coordination-intensive groups»,2007; «Evolutionary game theory and leadership»,2009; «Self-organization and leadership emergence in emergency response teams», 2010; «Chaos, complexity, and creative behavior»,2011; «Understanding neuromotor strategy during functional upper extremity tasks using symbolic dynamics»,2012. В своих исследованиях он показал очень интересный факт.
