Софи не могла сказать, забыла ли Линн, что отец Уайли провел большую часть жизни, увядая в одной из этих камер, хотя его единственным преступлением было членство в Черном Лебеде, или она просто слишком зла, чтобы беспокоиться.
Там потянулся к руке сестры, ожидая, когда она посмотрит на него.
— Мы договорились, что говорить здесь буду я, помнишь?
Ноздри Линн раздулись, и она выглядела так, словно хотела закричать на него, как баньши. Но все, что она сделала, это вырвала руку.
— Отлично. Если тебе нужно больше убедиться… вперед. Задавай больше вопросов. Но ничто не изменит того, что она сделала.
— Может быть, и нет. Но я хотел бы знать почему. — Там снова повернулся к Мерцанию. — Леди Гизела — убийца… ты понимаешь это, верно? И она не собирается останавливаться. Так что каждый человек, которого она ранит или убьет с этого момента, частично по твоей вине.
— Ты думаешь, я этого не знаю? — Мерцание потянулась к статуэтке кошки, о которой Там говорил ранее, и прижала ее к груди. — Я не хотела ее отпускать. Но… Я была у нее в долгу. А долг есть долг.
Никто не выглядел удовлетворенным этим ответом.
Особенно Там.
— Нам понадобится остальная часть этой истории, — сказал он ей. — Иначе я не смогу тебе помочь.
Мерчание фыркнула.
— Разве не забавно, что помощь редко приходит бесплатно? Вот как я попала в эту переделку в первую очередь.
Она крепче обняла блестящую кошку, когда в комнате потемнело, а затем вспыхнуло так ярко, что все замахали руками, чтобы прикрыть глаза.
— Отлично, — сказала она, когда свет снова стал нормальным. — Ты можешь рассказать слезливую историю, но она тебе не понравится. Это не соответствует злому повествованию, которое вы все так заняты воображать.
— Почти уверена, что будет хуже, — пробормотала Линн себе под нос.
— Звучит грандиозно от Девушки Многих наводнений, — огрызнулась Мерцание. — Знаешь, что забавно? Мы не так уж сильно отличаемся, ты и я. Но у меня не было брата, который был бы рядом и заботился обо мне. И это была не Софи Фостер и ее маленькие друзья-Черные Лебеди, которые появились и привели меня в группу, которая обещала, что я смогу помочь им решить все проблемы нашего мира. С ума сойти, так это происходит, верно? Несколько простых поворотов, и я могла бы стать той, у кого серебристые пряди в волосах, а ты могла бы быть той, у кого плащ.
— Я бы никогда не присоединилась к Невидимкам! — поспорила Линн.
— Это ты так говоришь, — сказала ей Мерцание. — Но они не во всем ошибаются. На самом деле, я почти уверена, что они согласны с вами по большинству важных вопросов. Просто у них разные решения.
— Например, разрушать города, заражать гномов смертельной чумой, убивать людей или держать их в заложниках и пытать, — не удержалась Софи.
Свет снова померк.
— Я… не знала о многих таких вещах. И я не была вовлечена в большую часть этого.
— Ты не должна была быть вовлечена ни в одно из этого! — поспорила Марука.
Уайли обнял кузену за плечи.
— Мы должны позволить Таму разобраться с этим.
— И я жду, когда Мерцание поделится своей историей. — Там опустился на край кровати. — Или ты сдалась, потому что поняла, что тебе придется сказать нам, кто ты такая?
— Я никогда не сдаюсь. — Мерцание поставила свою статуэтку кошки обратно на стол и щелкнула пальцами, окружив себя ореолом солнечного света.
Она выглядела почти ангельски, когда протянула руку и откинула капюшон… так быстро, что мозг Софи мог обрабатывать то, что она видела, только по частям.
Длинные черные волосы.
Изогнутые брови.
Бронзовая кожа.
Бледно-голубые глаза, обрамленные густыми ресницами.
Полные губы сжаты в решительную линию.
Мерцание была ошеломляющей… что имело смысл, поскольку она была эльфом. Но Софи начала задаваться вопросом, была ли у нее какая-то другая причина скрывать свое лицо.
— Теперь довольны? — сердито спросила Мерцание.
Никто не знал, что сказать.
Они просто продолжали пялиться на поразительную незнакомку перед ними… все, кроме Уайли.
Он подошел ближе, прищурившись, вглядываясь в лицо Мерцания.
— Я знаю тебя… не так ли?
Свет вокруг Мерцания померк.
— Возможно, ты узнаешь меня. Но я гарантирую, что ты меня не знаешь. Никто никогда не знал.
— Может быть, и нет, — признал Уайли. — Но ты была на уровень ниже меня в Ложносвете, не так ли? Я думаю, что однажды я даже сражался с тобой в Абсолютном чемпионате по Заляпыванию.
— Так и было. И я победила. — Пальцы Мерцания дрожали, когда она заправляла волосы за ухо… единственный намек на то, что она может нервничать. — Я подарю тебе свою статуэтку кошки, если ты сможешь вспомнить мое имя.
Уайли нахмурился, глядя на блестящую кошку.
— Оно начинается с «Р», не так ли? Рошани. Нет… Рати!
Мерцание отвела взгляд, все еще возясь со своими волосами.
— На самом деле ты ближе, чем я думала. Но все равно неправильно. Так что я могу оставить себе свою статуэтку кошки. А остальные из вас могут называть меня… — Она прочистила горло… затем прочистила его снова, прежде чем пискнула: — Рейни.
— Рейни, — повторили они все.
Это имя странно вертелось на языке Софи.
