– Послушай, – лихорадочно шепнул Фиро на ухо женщине. – Вмешательство констеблей вам ни к чему. Учитывая, что консорт Рисана и принц Фиро в городе, стражи порядка любой пустяк склонны толковать как опасное преступление. Пусть даже твой муж не виноват, они сначала вас всех бросят в темницу и только потом будут разбираться. Так что мой тебе совет: лучше махните на этого типа рукой и идите своей дорогой. К тому же тебе следует как можно скорее посетить жрецов из храма Руфидзо и удостовериться, что ребенок не пострадал, после того как банка тебя укусила.
Женщина, явно испугавшись перспективы оказаться в тюрьме, благодарно закивала в ответ на слова Фиро. Она встала, оттащила мужа от фокусника и что-то торопливо зашептала ему на ухо.
К тому времени, когда констебли проложили себе путь через толпу, иллюзионист и толстяк стояли друг напротив друга, и каждый пытался отряхнуть грязь и сор с одежды противника.
– Что тут произошло? Почему вы дрались? – спросил капитан констеблей.
– Мелкое недоразумение, – пояснил фокусник. Окунув полу халата в лужицу разлитой на столе воды, он попытался незаметно стереть кровь, сочащуюся из раны у него в ухе. – Мое представление предусматривает участие зрителей, и этот достойный господин принял сие чересчур близко к сердцу.
Стражник с подозрением посмотрел на здоровяка.
– Э-э-э… Ну да, – промямлил тот. – Я слегка увлекся.
– То была всего лишь часть представления, – продолжил артист.
– Мы с мужем из сельской местности, – вставила женщина. – И нам попросту не доводилось раньше видеть таких удивительных трюков. Но теперь все в порядке.
Капитан констеблей смерил взглядом участников инцидента: третьесортный уличный фокусник и пара деревенских олухов – и решил: разбираться, что же тут на самом деле случилось, не стоит труда.
– Только попадитесь мне снова, если затеете бучу, – предупредил он.
Все трое дружно закивали, как куры, выбирающие из грязи зернышки риса.
Служитель закона обратился к толпе:
– А всем остальным не на что тут глазеть. Ступайте по своим делам. Расходитесь! Живо!
Толпа с неохотой рассосалась. Констебли вернулись к патрулированию улиц, а супружеская пара направилась в храм Руфидзо.
– Спасибо вам, юный господин, – поблагодарил Фиро уличный фокусник. – Кабы не вы, этот чурбан переломал бы мне нос, руки и еще невесть что!
– Не говоря уже о констеблях, которые конфисковали бы весь твой реквизит, – отозвался с улыбкой принц. – А еще тебе пришлось бы щедро умаслить их, чтобы отпустили.
– Да, все так и есть. – Фокусник тоже улыбнулся. – Как вижу, юный господин сведущ в мирских делах.
– Меня всегда интересовала уличная магия.
В глазах собеседника появилась настороженность.
– Нет-нет. – Фиро рассмеялся. – Я не артист. Скорее, так сказать… покровитель искусства! Это привлекает меня куда больше, чем самому выходить на сцену.
Фокусник прищурил глаза, осмысливая услышанное.
– Быть может, наше знакомство окажется выгодным для обеих сторон? – осторожно предположил он.
– Точно! – Фиро шутливо хлопнул его по плечу. – Ты правильно меня понял, приятель. Я ищу хорошие представления и вкладываю в них деньги, чтобы вывести на публику более высокого порядка, а актер получает вместе со мной процент от прибыли.
– Вы меня заинтриговали, – сказал фокусник.
– Давай для начала обсудим кое-какие деловые вопросы, только не сейчас, а попозже, вечером. Я угощу тебя ужином, а ты подробно расскажешь про свое представление, согласен?
Фиро привел уличного фокусника, которого звали Мидза Крун, в один из лучших ресторанов Боамы. После сытного угощения из зажаренного до хрустящей корочки карпа с яблочными дольками и говяжьего жаркого с дикими обезьяньими ягодами, дополненного чашечкой подслащенного напитка со льдом, чтобы прополоскать горло, Мидза Крун сыто рыгнул и поведал благодетелю некоторые тайны своего ремесла. Из большой корзины, принесенной на наплечном шесте, он извлек механизмы и разложил их на столе в приватном кабинете, который Фиро предусмотрительно снял в ресторане.
Много веков назад жрецы Руфидзо первыми открыли, что, если потереть фарфоровое или стеклянное блюдо шелковой тряпочкой, сосуд начинает притягивать пыль и кусочки бумаги.
Предположив, что происходит вкрапление мельчайших частичек шелка в стенки сосудов (или наоборот), жрецы назвали этот эффект шелкокрапинной силой.
Поначалу шелкокрапинная сила рассматривалась как проявление всеохватывающей любви Руфидзо к человечеству. Если пристрастие Фитовэо к металлу символизировало любовь этого бога к войне и оружию, то шелкокрапинная сила соответствовала более мягкой и доброй натуре Руфидзо.
Но со временем секрет вышел за стены храмов и попал к уличным фокусникам Фасы, которые начали экспериментировать с шелкокрапинной силой, надеясь превратить ее в новый источник для развлечения толпы. Они изобретали хитрые аппараты и придумывали опыты, забавляя зрителей, изумленно ахавших и охавших при демонстрации сверхъестественных по виду перемещений.
